И тут вспомнилось, что сегодня я обещал встретится с журналисткой Викой. Я отпросился на часок и вышел из дома. Но когда пришел в гостиницу, оказалось столичная журналистка уже уехала. Администраторша передала записку.
' Здравствуй. Сережа! К сожалению, мы вынуждены срочно вернуться в Москву. Спасибо за обширный материал по делу лжеветерана Коломейцева. Ты очень заинтересовал меня. Оставляю домашний адрес и телефон. Вика Новосельцева'
Внизу листка был номер телефона и московский адрес журналистки.
Я медленно брел домой. Осенью рано темнеет и уже начало смеркаться. Уже второй день меня не отпускало чувство странной тревоги, будто за мной следили. Я даже пару раз оглянулся, но не заметил никакой слежки. Ну вот, еще паранойи мне не хватало для полного счастья…
Когда пересек старый парк, неожиданно увидел Захара Валентиновича. Он стоял возле фонтана и будто кого-то поджидал. Неужели свою старую любовь Анну-Анфису? Мне стало даже любопытно. В парке сейчас почти нет горожан, кроме нескольких подростков в конце аллеи. Я осторожно притаился за старой беседкой и вдруг увидел Борю Горюнова. Он быстро, пружинистой походкой шагал к фонтану. Вот оно что… джентльмены все же решили поделить, кому достанется красавица-певичка Анфиса…
Я почему-то предвкушал, что если дело дойдет до драки — бывший десантник Захар Валентинович наверняка набьет морду неприятному Боре. Площадка возле фонтана слегка освещалась и я прекрасно видел двоих мужчин. Сначала они разговаривали мирно, но вскоре перешли на повышенные тона. Точно будет драка…
Неожиданно Боря чуть заметно ударил Захара Валентиновича. Трудовика согнуло в три погибели и он присел на корточки, схватившись за бок. Боря быстро огляделся, что-то произнес и быстро направился вдоль аллеи. Через минуту трудовик привстал и сел на скамейку. Вид у Захара Валентиновича был странный, даже испуганный. Он немного посидел и медленно побрел в сторону общежития. Я был поражен. Да кто же ты такой, Боря Горюнов? Неужели и вправду агент 007?
Я чуть постоял и тоже вышел из парка. Нужно лечь пораньше, завтра предстоял ответственный день. Когда я подошел к дому, вспомнил о Витьке Сафонове. Интересно, он завтра вообще придет на концерт? Всю неделю на больничном. Я зашел в Витькин подъезд и неожиданно услышал шум борьбы на лестничной площадке, между первым и вторым этажом.
— Оставь меня в покое, подонок…
Это голос Насти, Витиной сестры, я быстро поднялся по ступенькам. В подъезде было темно.Настю прижал к стене какой-то парень, она безуспешно пыталась вырваться: