После армии Олег Князев сколотил серьезную банду, которая со временем переросла в мощное ОПГ. «Князевские» крышевали всех крупных барыг и точки не только в нашем городе, но даже в области. В 1996 году Олега Князева и его помощника расстреляли в машине, прямо в центре города. Именно тогда поползли слухи о «Белой Стреле». Не знаю, была ли на самом деле эта загадочная «Белая Стрела», но только к концу девяностых в нашем городе и вправду исчезли все ОПГ, и даже резко сократилась преступность…

Князь протянул мне широкую ладонь:

— Слышал, как ты Баркаса уделал. Молодец! Короче тема такая, пацаны. Два придурка из десятой школы вчера избили наших пацанов из седьмого класса. Я набил «стрелу» и собираю с каждого класса по два-три нормальных пацана. Мне нужны хорошие бойцы.

— И когда «стрела»? — спросил я.

— Сегодня в семь. За ДК Кирова, на пустыре. Или ты ссышь, Кузнец?

Отказаться точно нельзя. Прослыть трусом хуже некуда…

— Я пойду за честь школы!

— Смотрите только не опаздывайте, в половине седьмого собираемся у ДК!

Князь задумался:

— Кузнец, а что там у тебя со Стасиком Лещинским? Он мне пожаловался…

— Эта гнида подговорила нашего пацана облить краской бюст Ленина. За трешку.

— Я и сам этого петушка Лещинского недолюбливаю. Но пока не трогайте его… И не опаздывайте сегодня!

Я вполне осознавал, что к сожалению, не всем могу помочь и наставить на путь истинный. Олег Князев мог бы стать известным спортсменом, к тому же в середине восьмидесятых секции карате уже вышли из подполья. Но Князев выбрал скользкий путь криминального авторитета, за что и поплатился…

Дома я выкатил из подвала почти новый велосипед «Уралец» и поехал к Климову. Саня жил в небольшой старенькой двухэтажке в соседнем микрорайоне. Я оставил велосипед у подъезда и постучал в двери третьей квартиры. Мне открыла заспанная, слегка полноватая женщина лет тридцати пяти.

— Чего тебе, мальчик?

— Мне Саша нужен. Я его одноклассник.

— Саня! — крикнула женщина в глубину квартиры.

Вскоре вышел Климов.

— Серега? Ты чего?

— Пойдем.

Мы вышли на улицу и я показал на велосипед:

— Понимаешь, Саня, мне отец подарил, а я за год только три раза поездил. Чего он будет в подвале ржаветь? Я больше книги люблю, фотографией занимаюсь… велик это вовсе не мое…

Саша с нежностью потрогал черное кожаное сидение:

— А родители твои что скажут?

— Они не против. Ну сам подумай, зачем велосипед, если на нем никто не ездит?

— Так я… прокачусь?

— Конечно. Теперь он твой.

Саня лихо запрыгнул на велосипед и разогнавшись, рванул по тротуару в сторону старого парка.