— Жить хочу, — рубанул забинтованной культей Саня. — Жить, а не существовать, как сурок в петле времени. Я же вижу, что вы явно не офисный планктон, да и отношение к вам предельно уважительное. Вы явно занимаетесь не криминалом, а на всё остальное я согласен.
Ну, понятие криминала в нашем обществе размыто до безобразия, но по большому счету Саня был прав. Мы с Мироном заняты делом, причём таким, от которого чаще всего оставалось что-то хорошее.
Но вот насколько он действительно готов погрузиться в нашу реальность, которая не имеет ничего общего с привычной картиной мироздания? Психика у всех разная и не факт, что Саня сумеет адаптироваться к новой жизни так же легко, как, например, Мерзкий.
— Ну и чего вы молчите? — по-своему истолковал наше молчание Тепляков. — Сомневаетесь или просто брать меня не хотите? Так скажите прямо, я не девочка, чтобы обижаться.
— Сань, не гони лошадей, — я встал и подошёл к товарищу. — Мы ничего не думаем и просто напросто не готовы ответить прямо сейчас. Ты же сам знаешь, мы не совсем вольные птицы, надо и со старшими посоветоваться.
Не знаю почему, но слово «старшие» в последнее время приобрело в нашей речи мистический оттенок. Никто и никогда не интересуется должностями или тем более именами загадочных «старших». Все просто принимают на веру, что они есть и владеют правом решающего голоса по серьёзным вопросам. А кто они, откуда? Эти аспекты всегда остаются за кадром, даже если неведомые «старшие» всего лишь плод твоего воображения.
Вот и сейчас Саня посмотрел мне в глаза, а потом кивнул.
— Спасибо, Андрюха! Я не подведу!
Он ушёл, а меня упорно не покидало чувство неловкости. Вроде бы я ничего конкретного и не обещал, а всё равно ощущение, как будто должен остался.
— Ну и что ты думаешь? — спросил у меня напарник, когда за Тепляковым закрылась дверь палаты. — Нам действительно нужен третий член команды? Или ты так просто, языком решил почесать?
— Да нет, — я снова сел на стул и откинулся на спинку. — Вариант найти всегда можно. Надо только немножечко подумать. Я завтра выписываюсь, поговорю с Эдиком. Самое простое, это запихнуть его в отдел, коллегой Мерзкого. Тем более, они знакомы, так что, думаю, проблем с коммуникацией не предвидится.
— Так себе идея, — прокомментировал Мирон, засовывая в рот очередной кусок пастилы. — Тебе русским языком сказали. Человек от системы устал, на волю хочет. А ты его из одного стойла в другое суёшь, ещё и с таким начальником.
— Ну каким таким? — вскинулся я. — Чем тебе так Эдик не угодил, что ты постоянно его оскорбляешь?