Когда веснушчатый Артемий подошел к Марату и что-то резко ему сказал, видимо, указав, что пара начинать разминку, Марат, только смеясь, отмахнулся.

— Марат Кайметов, — увидел Константин Викторович, куда я смотрю. — Его брат Каймет тоже тяжелой атлетикой занимался. Сейчас уже второй год как в армии. А отец нового сына в штангу привел. Паренек сильный, сразу видно. Сложен хорошо, да и первые успехи у него в спорте имеются.

— Он один из тех ребят, кому дают таблетки, — заметил я. — Рыков на него какую-то ставку в грядущих соревнованиях делает.

— Наверняка, — покивал Константин Викторович.

А спустя мгновение в спортзал зашел и сам Рыков. Одетый в синие спортивные штаны от костюма и белую футболку, он тут же заметил нас с Константином Викторовичем. Я видел, как молодое, но грубое лицо тренера исказила злость. Впрочем, он немедленно выпустил ее на своих подопечных:

— Че вы тут сбились в кучу, как квочки на насесте⁈ — Крикнул он на ребят, устроившихся на лавке и возле нее. — А ну, бегом на стадион! Разминочный круг трусцой!

Ребята тут же подчинились. В полном составе они вышли из зала.

— Костя, на пару слов, — без затей сказал Вадим Сергеевич, когда подошел к нам с дядей Костей.

Старый тренер бросил на меня полный опасений взгляд.

— Я знаю, о чем вы хотите поговорить с Константином Викторовичем, — вклинился я.

Рыков, и без того хмурый, словно палено, упер в меня свой недовольный взгляд.

— Я тебя поздравляю, Вова, — сказал он. — А теперь не лезь в разговор, когда взрослые свои вопросы решают.

— Вова, давай мы с Вадимом сами поговорим, — мягко сказал мне Константин Викторович. — Сами все решим. Ты не переживай.

— Спасибо за поздравления, — не повел я и бровью на слова Рыкова. — Да и не переживаю. Только хочу сказать вот что: спортзал один для всех. Он не ваша собственность. В нем может заниматься каждый ученик школы, когда захочет. Я бы понял, если бы мы с Константином Викторовичем у вас тут много места занимали. Тогда бы был у вас еще хоть какой-то повод возмущаться. Но нас только двое.

— Мне это время выделено, значит, я сейчас здесь и буду группу тренировать. С четырех до полшестого тут я и моя группа работаем, — зло сказал Вадим Сергеевич.

— Вадик, ты не горячись, — хотел было мягко подступить к нему Константин Викторович.

— Директор нам разрешил, — не отступал я. — Сказал, что мы можем вести тут и наши тренировки тоже.

— Слушай, Костя, — выдохнул зло Рыков. — Я тебе честно скажу, что на дух тебя не переношу. Скажу, что не стану с тобой заниматься в одном зале. Если тут останешься ты, я прекращу вести тренировки, понял?