Хотела ли она вернуться туда? Заглядывая внутрь себя, девушка понимала, что ответ отрицательный. Лекарства, подавляющие лихорадку, недешевые, и папа вскоре не захочет тратиться на них. Значит страдания Аллиры будут её личной проблемой. Как долго это будет длиться? Возможно, всю оставшуюся жизнь, если кто-нибудь не спасет её от ужасной участи. Вот только чудес с ней никогда не случается. С кем-то другим, но не с Аллирой.
Та помощь, которую предлагают Мирит с мужем, наверное единственное чудо, что случится с ней, и не стоит отвергать её. Прибыть на Фарогос вдовой и жить по своим правилам? Эта мысль с каждой минутой становилась все более реальной.
— Я согласна, — тихо произнесла она, подойдя ближе к рабочему столу вулкана. — Но есть небольшое затруднение.
— Какого рода? — нахмурился Михаил.
— Мне бы не хотелось забеременеть от вашего гостя, — опустив глаза к полу, прошептала Аллира.
— Я распоряжусь насчет контрацептива, не беспокойтесь, — спокойно ответил мужчина.
— Когда он прибудет? — напряженно уточнила девушка.
— Через трое суток его корабль прибудет, — ровно ответил Михаил, будто они не обсуждали прибытие её любовника. — А до тех пор вы проведете в стазисе. Пока он будет проходить все формальности, вас доставят в бокс, и мы будем ждать окончания лихорадки. Челнок будет готов к отправке через час, после того как вы пустите газ.
Деловито и уверенно этот мужчина рассказывал нюансы её ближайшего будущего, в которое Аллира все еще не верила. Неужели это она собирается принять незнакомца в постели галактического борделя? Хотя её супруг тоже был для Аллиры незнакомцем, но все же она так не волновалась.
Тяжело вздыхая, девушка покинула гостиную Центральной станции и вновь оказалась в лаборатории, где её ожидали три укола. Один — контрацептив, второй — усиливающий брачную лихорадку, чтобы не ждать её естественного прихода, и третий — погружающий в стазис. Закрывая глаза, Аллира молилась, чтобы все быстро закончилось и она смогла забыть этот постыдный период в своей жизни.
Тэрон молча смотрел на техника, который проверял и инструктировал его о правилах поведения в борделе, будто он здесь впервые. Мужчина не любил, когда его поучали, но тут надо было подчиниться. Он предпочитал дорогие заведения и хорошо платил за свой отдых, а бордели Прамакула были самыми высококлассными из всех, хотя сложно сочетались с другими бизнесами Кохиласов. Сложив руки на могучей груди, закованной в военный китель, Тэрон терпеливо дождался, пока процедуру «ознакомления» наконец-то закончат. В этот раз его заставили подписать с десяток документов о том, что девушки неприкосновенны и крайне ценны, что если на него поступит жалоба, мужчине откажут в дальнейшем обслуживании и прочая чепуха, которую он слышал не один раз. До этого момента жалоб на него не было. Терпение Тэрона истощалось, и лишь мысль, что скоро волокита закончится, держала его в узде.