И тут, в начале сентября, жителям Кишкино стало понятно: электростанцию строить нужно новую, и строить ее нужно из кирпича. Но проблема заключалась в том, что ближайшее месторождение кирпича — Свято-Троицкий монастырь — было уже за Ворсмой и городские власти уже сами к месторождению хищно приглядывались. К тому же кирпич там было и добывать не очень легко: крепко его предки клали. А вдобавок, женская половина деревни к использованию монастырского имущества отнеслась резко отрицательно. Можно было, конечно, и самим кирпича нажечь — но тут уже другие проблемы возникали. Не с глиной, глины-то в окрестностях было завались, а вот с углем… Уголь (а, точнее, торфоугольные брикеты) «область» пообещала поставлять когда уже электростанция заработает, а для того, чтобы древесного угля на кирпичную печь нажечь, слишком уж много времени требовалось.
Все это обсуждалось у нас в комнате (точнее, в комнате Николая, где я все же обитал), когда — после митинга возле колодца — турбину Николай к себе затащил. И обсуждалось довольно бурно, пока я не произнес вслух одно слово. Как там, «вначале было слово, и слово это было»… Я произнес слово «Приорат», и заводской инженер, до того горестно рассказывающий о том, что в книжке с формулами сильно было напутано, просто замер, затем очень внимательно на меня посмотрел и спросил у Николая:
— А это у тебя тут кто?
— Это? Это наш шарлатан Вовка, книжку который про турбину принес. Очень сообразительный у меня племянник растет, он еще выдумал…
— Так, Вова, ну-ка повтори, что ты там сказал? И почему ты это сказал?
— Я сказал «приорат», и сказал потому, что для его постройки кроме извести ничего и не надо привозить. А если мужики забоятся, то можно будет на зиму наружные доски и не убирать…
— Да уж, сообразительный у тебя племянник. Я, пожалуй, пойду уже… в Ворсме, конечно, нужных книг я не найду, а вот завтра в Нижнем… Вы там на заводе скажите, что я в область в командировку уехал…
Здание электростанции мужики выстроили за день, шестнадцатого сентября выстроили. То есть только стены поставили землебитные, а стропила, крышу и все остальное еще недели две доделывали. Причем доделывали уже после того, как в «помещение» через не изготовленные еще ворота затащили котел. Он тоже не особо большим получился, его, хотя и с трудом, на грузовике привезли, а после этого двое рабочих из Горького его изнутри огнеупорами выкладывали. Тоже работенка оказалась не быстрой, тем более огнеупоры были взяты с ремонтируемых паровозов, уже сильно попользованные и даже испорченные, так что каждый еще и допиливать по месту пришлось. Но — допилили, топку кирпичами выложили, затем и все трубы как нужно соединили. А тут и генератор привезли, и его уже сормовские рабочие три дня к турбине подсоединяли. А в Кишкино все вдруг вспомнили, что когда-то самогон они довольно неплохо гнали и «аппараты» на металлолом все же не сдали. Вспомнили, «аппараты» из загашников достали и запустили их в работу, правда уже не самогон все гнали, а простую дистиллированную воду. Потому что котельшики и турбинщики сказали, что питать котел нужно только водой дистиллированной, а нужно ее «на одну заправку» порядка полутонны. Ну и запас небольшой иметь не помешает, ведь в случае, если колел перегреваться начнет, весь пар просто в воздух через клапана аварийные система выпустит.