Но эти четверо в «старших классах» учительствовали (еще им дед Иван помогал, он два раза в неделю «иностранный язык» детям давал). Но в старших и школьников было не особо много: человек двадцать в пятом, четверо у шестом учились, а для седьмого класса пока школьников не выросло. А вот младшие классы были заполнены под завязку: в школе сейчас учились детишки их четырех деревень и в каждом классе народу было человек по тридцать. Поэтому сейчас первый класс вела — тетя Маша (ну некому больше было детей учить) второй — опять шестнадцатилетняя девочка Даша из Ворсмы, сама семилетку только что закончившая, третий — Надюха, а четвертый как раз ленинградка Елена Владимировна.

А я учился уже в третьем классе: Даша меня просто выгнала из своего класса к Надюхе перед третьей четвертью, сказала, что нечего мне ей мешать второклассников учить. Но так как нашей директрисе часто приходилось и директорской работой заниматься, ее часто замещала Мария Захаровна — а уж что она нам на уроках рассказывала, фиг проверишь. У библиотекарши опыта педагогического вообще не было, с детьми она раньше не работала (раньше она в библиотеке какого-то научного института трудилась), так что подготовленную Надюхой программу на день она нам выдавала где-то за полчаса, а затем просто рассказывала разные интересные вещи буквально обо всем. А еще из-за нее и школьная библиотека быстро росла: Маня Захаровна каждое воскресенье ездила в Горький (у сельских учителей был бесплатный проезд в «область») и на развалах покупала столько разных книг, сколько донести была в состоянии — а женщиной она была отнюдь не хилой. Что же до денег — деньги на это ей Надюха выдавала сколько угодно: в деревне, точнее во всех деревнях, откуда к нам школьники учиться ездили, родители (и даже большинство не родителей) собирали весьма заметные суммы именно «на обустройство школы». Да, с появлением железной дороги денег у колхозников стало гораздо больше, чем можно было истратить…

Но школа у меня занимала время только до полудня, все же до пятого класса в программе было по четыре урока в день (а два раза в неделю — вообще по три, так как предмет под названием «физкультура» все в деревне сочли лишним). Еще час я тратил на помощь Надюхе: по ее просьбе я проверял домашние задания у одноклассников. А все оставшееся время я занимался «улучшением семейной продовольственной безопасности» — то есть червяками и теплицей, а в мае приступил к воплощению новой идеи. Но еще до того, как я начал копать, мне удалось узнать кое-что о нашей Красной армии, о чем раньше я нигде не читал и даже не слышал. А узнал я от дальнего родственника деда Ивана, который теперь к нему жить переехал, так как его деревню где-то на Смоленщине немцы целиком сожгли.