Наташка выглядела как обычно, только в глазах затаилась грусть.

— Пойдем, присядем где-нибудь, — пригласила она и повела вглубь квартала.

— Сергей, знаю собирается в Политех, а ты куда? — первой начала разговор.

— В педиатрический на лечебный, а ты?

— Я в универ на юридический, только со специализацией пока не определилась. В свое время Серега советовал на нотариат. Говорил, что с человеческим дерьмом не стоит женщине связываться, да и коллеги-мужчины бывают не лучше в милиции или прокуратуре. Откуда он может знать, где лучше? — спросила скорее себя.

Задумалась о чем-то. Гуле нечего было сказать, и она молчала.

— Что Сергей обо мне говорит? Представляю, что моя маман ему тогда наговорила! — повернув голову к собеседнице, Наташка, наконец, перешла к главному.

— Мне показалось, что он тебя жалеет, — тихо произнесла Гуля.

— Жалеет? — удивилась Наталья, вздернув брови.

— Он считает, что тебя изнасиловали, только не понимает, как это могло произойти? Ты не из тех, кого можно…. А добровольно…? Сказал, что ты не из таких, кто может отдаться первому встречному.

Наташка на слова собеседницы неожиданно скривилась, и Гуля замолчала.

— Не из таких… — горько усмехнулась. — Хорошо он обо мне думает…. Как раз из таких! — воскликнула с болью и начала торопливо, будто опасаясь, что ее прервут исповедоваться:

— В тот вечер, когда он убежал с одноклассниками заступаться за наших пьяниц, мне так обидно стало. Тогда мне пришло в голову, что этот день в нашей жизни мы проводим с одноклассниками в последний раз. Завтра у всех начнется другая жизнь и многих одноклассников я уже никогда не увижу. У Сереги тоже… а он единственный из моих знакомых с кем мне интересно, и кто всегда поступал по-своему, не считаясь с моими капризами и желаниями. Ты не подумай — у нас ничего не было, хоть много времени проводили вдвоем и не верь, если чего-то будут говорить….

— Я и не думаю, — отозвалась Гуля.

Наташка некоторое время всматривалась в ее лицо, кивнула и продолжила:

— Остались мы с девчонками. Скучно, даже говорить было не о чем, вокруг все шальные, пьяные, а у нас даже выпить нет. Тут к нам подошли трое ребят, веселые, хорошо одетые, уже после института, языки подвешенные. Вино и коньяк с конфетами у них были. Наши то кавалеры провалились куда-то и девчонки сразу стойки сделали, а ко мне один начал клеиться. Подумала и махнула рукой, если единственный нормальный парень мое общество променял на… — усмехнулась горько.

— Пошел меня провожать. Аспирант оказался. Пила с ним по дороге, целовалась. Думала, пропади все пропадом, а мальчик-аспирант ничего, симпатичный, прикинут и упакован хорошо. Почему бы и нет…? Не сопливый прыщавый школьник или пэтэушник вонючий, который двух слов связать не может. Когда полез ко мне на лавочке, не сопротивлялась, только когда боль почувствовала в себя пришла. Как бы очнулась от наваждения — чего творю, дура? Оттолкнула его, а он не понял и хотел силой…. Ткнула в глаз и предупредила: «Еще полезешь, лицо обгрызу!» Поверил, — хмыкнула. — И тут Серега помог советами в свое время.