Как-то после обеда я поинтересовался у Остапа.

— Почему мужчины с Кавказа едут в Россию, на Север шабашить?

— Не знаю, как везде, но армяне вон на рынках у вас цветами торгуют, грузины — мандаринами, азербайджанцы — всем, чем можно, а у нас в Чечено-Ингушетии нет работы, а если и найдешь, то получишь копейки. Только наши начальники хорошо зарабатывают и получают за нас (грустно улыбнулся). У нас женщины вообще не работают, а сидят дома с детьми и ведут хозяйство. Мужчины договариваются и едут бригадами к вам строить. Многие к зиме возвращаются к семьям, а молодежь, (кивнул на Магомеда) бывает женится и остается. Здесь можно хорошо зарабатывать, если не лениться. Мы ведь все тоже из одного села, а Ваха — мой дальний родственник, — Остап закончил говорить и поднялся.

За ним молча поднялись его соплеменники.

Однажды услышал, как Остап ругается на Григория.

— Что случилось? — вмешался я в разгорающийся конфликт.

— Я говорю ему, что надо сверлить или долбить фундамент, чтобы связать арматуру для прочности, а он — и так сойдет, если обвяжем поверху, — горячился бригадир и в его голосе слышался отчетливо акцент. — Если строишь не себе, то можно делать кое-как? — продолжил он возмущаться.

Я укоризненно посмотрел на провинившегося.

— Все, все, я понял, сейчас все сделаю, — зачастил тот и поднял руки ладонями ко мне.

За обедом Остап, глядя в спину удаляющейся Таньке с лукавой улыбкой произнес:

— Какая девушка! Вах! Женился бы Сергей на ней, ведь любит она тебя всерьез. Горя бы не знал. Моя жена работает в военкомате, так другие работницы удивляются и упрекают ее — почему никогда не остается на вечеринки, где должны присутствовать другие мужчины. Неужели я запрещаю или она меня боится? И не верят, когда она говорит, что уважает мужа. Вот и эта девушка такая, — кивнул в сторону дома, куда скрылась Татьяна.

— Есть у меня девушка, Остап. Не хуже Тани, — признался я.

— Почему же ты здесь, а не с ней? — удивился чеченец. — Не зарабатываешь, а только тратишь?

— Как тебе объяснить? — задумался я. — Бывают периоды в жизни, когда надо побыть одному в тихом месте, подумать, выждать, пересидеть.

Собеседник долго всматривался в меня недоверчиво, потом пришел к какому-то выводу и кивнул головой.

— Молод ты еще, хотя и разумен не по годам, — произнес непонятно он. — Ты точно, не строитель? — вернулся бригадир к давно мучившему его вопросу.

— Когда мне строить было? — улыбнулся я, — в прошлом году только школу закончил и год проучился в институте на программиста.

— А прогр…мист, это кто? — заинтересовался мужчина.