Мысли тут же перекинулись на Танькину фигуру. Вспомнилась ее фотография из Интернета в пенсионном возрасте за 55 лет. Все та же стройная фигура, с тонкой талией и широкими по-женски бедрами, только щеки с глазами ввалились и губы казались тоньше. Вспомнив ее обнаженную на этом диване, почувствовал возбуждение.

Тут кто-то поскребся в дверь. Танька! Пришла! Я распахнул дверь и втянул нерешительную девчонку в комнату. Остановившись в прихожей оглядели друг друга и рассмеялись. Она первая обняла меня за шею, потянулась губами, закрыв глаза, и мы слились в поцелуе. Почувствовал мягкость губ, кончик языка, помаду, аромат духов и чего-то знакомого, женского, родного. Готовилась девочка к нашей встрече.

Дверь запри, — предусмотрительно шепнула она, отстранившись и начала снимать верхнюю одежду. Помог ей повесить пальто с шарфом и вязаной шапочкой на вешалку, а Танька мельком взглянула в зеркало, поправила прическу и прошла в комнату.

— У твоего знакомого женщина появилась? — сразу заметила она. — Сюда никто не придет?

— До шести часов не должны, — улыбнувшись, успокоил ее я.

— Мне к пяти надо быть дома, — сразу обозначила подруга временные рамки.

— Жалко, что так мало. Я так хотел этой встречи, — слукавил, но женщины хотят слышать, то, что хотят слышать и Татьяна, заинтересованно и с довольной улыбкой взглянула:

— Правда?

— Истинная, — подтвердил, — Еще позапрошлым летом хотел вызвать тебя как-нибудь из дома и уединиться здесь или где-нибудь еще, — вспомнил свое метания в сарае после комсомольского лагеря, — но опасался засветить наши отношения перед твоей мамой или Сашкой.

Подошел к ней и потянул к дивану.

— Подожди, я не могу так сразу, — изобразила она смущение.

— Хорошо, так сразу не будем, — покладисто согласился я, сел на диван и потянул Таньку на колени.

Она вздохнула и расслабилась. Я тут же уткнулся носом в девичью шейку и начал целовать, потом перебрался губами к ушку. Слегка куснул за мочку, почувствовав сережку. Мои руки активно шарили по женскому телу поверх одежды. Помял грудки, погладил животик и пощупал бедра с ножками. Татьяна возбужденно задышала.

— Сережка! Что ты делаешь? — почти простонала. — Я так об этом мечтала! — призналась тихо.

Постепенно освободились от одежды и упали на диван, даже не застелив. Настолько я хотел ее, да и она не отвлекалась. Успела лишь шепнуть смущенно:

— Можешь в меня….

Я гладил Танькину бархатную кожу и наслаждался опустошением. Ее головка лежала у меня на плече, а дыхание щекотало шею. Значит, Танька отдала девственность Сашке, — только сейчас сообразил.