Пятилетняя Джоанна и трёхлетний Генри, не ведая о материнских тревогах, радостно визжали, предвкушая, что наконец-то вырвутся из тесного экипажа.

Карета остановилась. Первым на подъезд выскочил слуга, но дверцу уже открывал сам граф Джефри Харингтон. — Леди Хортон, добро пожаловать в Уиндем-холл! — Его голос звучал тепло, но взгляд был оценивающим.

Она приняла его руку, чувствуя, как под тонкой перчаткой холодеют её пальцы. И тогда она увидела его. Ричард Харингтон стоял на верхней ступени парадной лестницы, и в его осанке читалась неприступная уверенность хозяина этих земель. Дорогой, безупречно сидящий костюм подчеркивал его высокую, статную фигуру. Рядом с ним, словно серая мышка, терялась маленькая худощавая женщина — его тетушка леди Лидия Хёрт.

Пока Виктория поднималась по ступеням, Ричард успел её рассмотреть. Она была невысокой и до болезненности худой; строгое тёмно-серое платье без единого намёка на украшение лишь подчеркивало её бледность и усталость. Каштановые волосы были убраны в тугой пучок, что делало черты лица ещё более острыми. «Два года нищеты и отчаяния», — безжалостно заключил про себя Ричард. Но её дети, сбежавшие с служанкой в сад, выглядели румяными и довольными. Значит, эта женщина жертвовала всем ради них. Мысль была непривычной и заставила его насторожиться.

— Леди Хортон, — сухо произнес он, слегка склонив голову. — Надеюсь, дорога не слишком утомила вас? — О, благодарю вас, виконт Уиндем. Благодаря вашему экипажу мы доехали прекрасно, — её голос оказался на удивление мягким и мелодичным, а на губах дрогнула легкая, почти невидимая улыбка.

Ричард хотел отпустить её вежливым кивком и отвернуться — но не успел. Их взгляды встретились, и он вдруг заметил то, чего не разглядел с лестницы: в её тёмных глазах стояло не просто напряжение — в них была странная, неуместная здесь гордость. Женщина, которая приехала просить о браке по расчёту, смотрела на него как равная. Это зацепило его — на секунду, не больше, — вопреки рассудку и настрою. Он отвёл взгляд первым, раздражённый собственной заминкой.

Ричард не удостоил ответом. Вместо этого он жестом представил спутницу: — Позвольте представить мою тетушку, леди Лидия Хёрт.

Тетушка Лидия, не скрывая радостного любопытства, тут же обняла Викторию, увлекая её в дом. В просторной, залитой светом гостиной царила атмосфера недосказанности. Виктория заняла место на диване рядом с леди Хёрт, в то время как мужчины расположились в кожаных креслах. Церемония чаепития началась под звон хрусталя.

— Леди Хортон, мы несказанно рады видеть вас в Уиндем-холле, — начал Джефри, с галантностью протягивая ей чашку с тонким, звенящим фарфором. — Сам факт вашего визита позволяет надеяться, что наши предложения не показались вам... лишенными смысла? — Они были изложены с предельной ясностью, милорд, — мягко, но с достоинством парировала Виктория. — И условия, внесенные в договор, я внимательно изучила. — И они вас устраивают? — уточнил Джефри, пристально глядя на нее. — В целом — да, — её взгляд на мгновение скользнул в сторону Ричарда, который молча наблюдал за ней, ничем не выдавая своих мыслей.