Всё начиналось как обычный шум в висках, призраком переходящий в глухую пульсацию где-то в глубине и возвращаясь обратно в виски. Ничего необычного, но с каждой минутой это становилось всё ощутимей.
Для Габриэль Флоэн головная боль была частым явлением, и она просто не придала ей значения.
Нет времени страдать из-за такой мелочи, - упорно отмахивалась она.
Корабль, прорезавший тёмный бархат космоса, нёс её изучать фауну неисследованной планеты, ещё полчаса - и она сойдёт на станцию, вместившую в себя сотни учёных и инженеров с техниками.
Её, как одну из младших по статусу сотрудников, приписали сверять оборудование для выгрузки.
Так уж повелось - все младшие, вне зависимости от своего направления, помогали с разгрузкой. Кто-то считал, что это сплочает, помогает ориентироваться и в экипаже, и в работе, но для Габриэль это было просто эксплуатацией.
По сути, сверка контейнеров была лёгкой задачей, по факту - тот ещё кавардак.
В грузовом ангаре было очень холодно и людно. Жужжание дронов, сновавших по ангару, смешивалось с гулом несмолкающих голосов. Пахло отвратительной смесью смазки, металла и плохо переработанного воздуха, вишенкой было амбре от некоторых рабочих. Габриэль была не против запахов, шума или толпы, но не тогда, когда это всё было вместе, да ещё и под аккомпанемент головной боли - лёгкий кочующий шум захватил всю голову, усиливая давление на глаза.
Она пробиралась по узким проходам из контейнеров в поисках маркировки. Это было лучше, чем стоять с планшетом и проверять, все ли коды сошлись.
Вместе с ней, только с другой стороны этой кучи, а иначе это и не назовёшь, сканировал маркировку среднего роста парень с взлохмаченными светлыми волосами. На нём был песочного цвета комбинезон, как у археологов, работающих на планете Секундус; велика была вероятность больше и не встретить его.
За планшет поставили девушку в гражданской одежде, с русыми волосами, затянутыми в хвост, на шее виднелся витиеватый узор татуировки.
Вот это сплочённость, - усмехнулась про себя Габриэль, - даже не сказали, кого как зовут. Мне, конечно, только лучше, не придётся переживать, что забыла имена.
Отсканировав очередную маркировку, она поймала себя на том, что почти закрыла глаза.
Возможно, только возможно, - думала она, - могло бы полегчать, если переключиться на восприятие и провести в медитации хотя бы часок.
Но у неё не было этого часа прямо сейчас.
Теперь уже через двадцать минут они состыкуются с Персефоной, космической станцией, где Габриэль проведёт ближайшие два года минимум.
Она вполне могла бы отмазаться от этой работёнки и пойти “умирать” в свою каюту на оставшиеся минуты.