Вместо того, чтобы оберегать меня от действий возможных сообщников этого доморощенного стрелка, он принялся остервенело месить того ногами, совершенно не обращая внимания на окружающее пространство. И как с таким вот людьми оберегать своё жилище с жизнью? И этот ведь один из лучших у меня на службе! Мрак! Как есть мрак!

— Придётся показательно наказать этого урода, — слегка кривясь от небольшой боли в пострадавшем боку, в который угодила пуля, принял я решение. — Чтоб прочим неповадно было. Да и урок всем этим самым прочим будет на будущее. Пусть боятся, стервецы.

— И? Делать-то чего? — потребовал мой человек более точных инструкций.

— Вяжите его и тащите в машину, — развернувшись, направил я свои стопы к нашему оставленному в стороне авто. — Придётся нам прокатиться загород в какой-нибудь глухой лесок.

В результате поспасть ближайшей ночью в своей постельки мне не пришлось, а на следующий день в тот же самый лесок свезли ещё семерых столь же хитровывернутых арендаторов, что превращали наши квартиры в натуральные свинарники.

Единственное, эти семеро оказались в своё время достаточно разумными, чтобы внять моим словам и взяться за исправление ситуации, не доводя до греха. Но и всякие нехорошие слухи они также параллельно принялись распространять. Вот и пришла мне в голову идея, как их лучше всего наказать и одновременно приструнить, да привязать к себе. А после применить по назначению там, где мне надо.

— Копай, — зябко поёжившись от осенней промозглой утренней свежести, я выбрал из целой кучи сваленных тут же лопат всего одну и бросил ту к ногам развязанного любителя стрелять в меня драгоценного, после чего указал стволом пистолета на участок земли, которому вскоре предстояло стать могилой. — А вы все смотрите. И думайте, — на этот раз обратился я уже к насильно собранной тут же семерке прежде вразумлённых персонажей.

На мне к этому времени уже была надета неприметная одежда и полноценная балаклава, полностью скрывающая лицо, дабы никто точно не мог бы впоследствии показать, что это был именно я. Хотя голос мой они, похоже, все узнали. Но да голос к делу не пришьёшь. Не те сейчас технологии на вооружении правоохранительных органов. Деревянная дубинка для выбивания правды из подозреваемого — она куда надёжнее какой-то там голосовой записи на плёнке. Хотя и плёнок никаких покуда нет.

Естественно, копать «стрелок» не пожелал, отчего мне пришлось зарядить один патрон в отобранный у него вчера револьвер, протянуть тот стоявшему ближе всех прочих ко мне арендатору и путём угрозы физической расправы заставить того выстрелить в левую ногу уже приговорённого мною к смерти индивида.