Глава 4. Укрощение строптивого
Страница 11 из 38
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 4. Укрощение строптивого

Страница 11

Он нехотя протягивает огромную пятерню. Его ладонь горячая, шершавая от мозолей, она почти

полностью закрывает мою. Я вкладываю оранжевый мяч в его пальцы и накрываю его руку своей.

Мои пальцы, прохладные после кабинета, заставляют его вздрогнуть.

— Сжимайте, — шепчу я, глядя ему прямо в глаза. — Медленно. Чувствуете, как напрягается

предплечье?

Он сжимает, и под моей ладонью перекатываются его жёсткие сухожилия. Нас разделяет пара

сантиметров, и я вижу каждую золотистую искорку в его зрачках. Между нами начинает искрить —

и это не статическое электричество от резинового мата. Это чистая, концентрированная

враждебность, смешанная с чем-то густым и горячим.

— Ещё раз, — безжалостно требую я. — Сильнее!

— Ты дразнишь меня, Барби? — выдыхает он, и меня касается его мятное дыхание. — Садишься

так близко, трогаешь… Думаешь, не вижу, как ты на меня смотришь?

— Я всегда так смотрю на пациента с нарушением проводимости, — я нарочито медленно провожу

пальцем по его запястью, там, где бьётся пульс. — Если он ведёт себя как капризный

мальчишка.

Его пальцы на мяче сжимаются так, что латекс жалобно попискивает.

— Мальчишка, значит? — его голос падает до опасного шёпота. — Хочешь проверить, на что

способен этот мальчишка, Варя?

— Хочу, чтобы этот мальчишка сделал ещё десять повторений, — я не отвожу взгляда, хотя

внутри всё дрожит от самоуверенного напора этого самца. — А потом мы перейдём к подъёму

стопы. И вы будете делать это до тех пор, пока я не увижу прогресс. Или пока вы не попросите

пощады.

— Я никогда не прошу пощады, — Воронов делает рывок вперёд, сокращая между нами дистанцию.

Его лицо теперь в сантиметре от моего, и я отчётливо вижу мелкие капельки пота над его

верхней губой.

— Вот и отлично, — я улыбаюсь, хотя моё дыхание сбивается. — Значит, переходим к шведской

стенке. Семён! Помоги пациенту занять позицию.

Резко встаю, чувствуя, как кровь приливает к щекам. Мои бёдра обтянуты тонким хлопком

халата, и я кожей чувствую, как Воронов сверлит меня взглядом, когда Семён помогает ему

перебраться к снаряду.

Следующий час превращается в изысканную пытку для нас обоих. Я стою за спиной генерала,

придерживая за талию, когда он пытается удержать равновесие, ухватившись за деревянную

перекладину. Вдыхаю ароматы лака и мела, а мои ладони горят от прикосновения к бёдрам

мужчины — твёрдым, как гранитные глыбы.

— Выше колено, Воронов! — громко приказываю, преодолевая гул в собственных ушах. — Не

жалейте себя!

— Да ты садистка, Белова! — хрипит он, и я вижу, как от напряжения у него на лбу вздувается

вена.

Генерал пахнет солью и звериным упрямством. Каждое его движение — это борьба. Каждое моё

назадназад
1 ... 9 10 11 12 13 ... 38
впередвперед