Слышу, как рядом кто-то делает шаг, но когда я оборачиваюсь, вижу лишь молодого парня, погруженного в разговор с кем-то по коммуникатору. Похож на того, кто нас тут встретил. В такие моменты ловишь себя на том, что почти забываешь, что здесь не бывает случайных встреч — все здесь так или иначе связаны с этой сраной игрой, с абсолютом.

Проверив местонахождение машины, решаю просмотреть и то, что у меня при себе. Два божественных кинжала лежат в инвентаре, в куртке пистолет и один дополнительный магазин к нему. Несколько зелий лечения, которые могут пригодиться, и еще оставшиеся с прошлых вылазок пара электромагнитных гранат. Недоступных в арке. Что ж… На случай, если придется шуметь — вполне сгодится. Хотя, если вспомнить все полученные мной способности, переживать о сражениях с обычными людьми мне не приходится, а против топов гранаты вряд ли будут полезны. Хотя, кто знает. На Джеффа же когда-то сработало?

Транспорт подъехал довольно быстро, замерзнуть я не успел. Быстрым шагом направился к белоснежному автомобилю-седану, в очередной раз хлопнув себя по карманам. На случай, чтобы законники не прикопались, лучше не иметь при себе ничего запрещенного. Потому и пистолет отправился в мой личный пространственный карман. Теперь я — обычный гражданин не самого обычного города.

Передал ИИ координаты, и тот бодро построил маршрут. Я же принялся изучать карту, которую прислала Мэй. Маршруты объездов, возможные точки засад. Она подготовила просто все, что смогла получить дистанционно: разве что неизвестно, что те ублюдки жрали на завтрак. Но это я уже сам проверю, пусть и не без отвращения.

Пока гигаполис постепенно просыпался, я чувствовал, как внутри у меня что-то меняется. Злость накатывала сильнее, и Леона я так или иначе воспринимал как члена команды. Меня невероятно бесило, что из-за меня его так долго продержали в плену. И если вспомнить, как мы познакомились, мое внутреннее состояние остается странным. Так что, пусть впереди и слишком много неизвестных переменных, я точно знал, что сделаю все, чтобы вытащить его из лап Триады.

За окном погода абсолютно убивала: мерзкая смесь снега и грязи, которая кучами нарастала у обочин, била по подкрылкам комьями, отчего ДиМейн казался какой-то унылой каретой, а не премиальным транспортом. Город оживал в сером, влажном мареве — снежинки быстро таяли, превращаясь в слякоть под колесами, в соляную кашу.

Зависнув на мгновение, потеряв фокус на размазывающихся за окном окрестностях, я задумался. Почему Леона не убили? Почему его до сих пор держат в плену, но не выдвигают никаких требований? Им ведь нужен и чип, и Мэй, это очевидно. Что-то здесь не сходилось. Может, от меня ускользает что-то очень важное, и я этого пока не понимаю? Может кто-то из них еще лелеет надежду взять реванш, и просто выжидает, когда я сам явлюсь к ним в логово, клюнув на живую приманку? Мысли метались, заставляя кровь сильнее биться в висках.