«Открой немедленно, псих!»
Я усмехнулся про себя, поднимаясь по лестнице в раздевалку, чтобы переодеться в форму. Сам от себя не ожидал такого хода. Всю жизнь я считал, что удерживать женщину силой или запирать дверь — глупость и слабость. Не хочет быть рядом — дверь открыта, скатертью дорога. Но когда Карина утром в моей футболке, с растрёпанными после ночи волосами и следами моих губ на шее снова попыталась включить свою ледяную маску и сбежать, внутри сработал чистый инстинкт: не пущу. Знал ведь, что уйдёт — и снова закроется в своей раковине, выдумает себе сотню оправданий, почему нам не по пути, и попробует вычеркнуть эту ночь из памяти.
Пусть посидит, остынет, подумает. Ничего с ней в моей квартире за пару часов не случится — холодильник полный, кофе на столе, тепло и безопасно.
В штабном крыле уже кипела суета. В коридоре толпились командиры групп и старшие офицеры, лица у всех сосредоточенные, жёсткие. Я быстро прошёл в зал совещаний, занял своё место у стены и раскрыл блокнот, переключаясь в рабочий режим.
— Внимание, товарищи офицеры, — полковник Воронов вошёл в кабинет, бросил на стол красную папку и без лишних предисловий обвёл всех тяжёлым взглядом. — Вводная следующая. По линии уголовного розыска поступила оперативная информация по группе, занимающейся крупным обналичиванием и выводом средств. Фигуранты находятся в федеральном розыске, по предварительным данным — вооружены, готовят отход из области в ближайшие двое суток. Нашему отряду поставлена задача обеспечить силовую поддержку при задержании. Выезд ориентировочно вечером, возможна командировка на два-три дня в соседний район.
В зале зашуршали ручки, пошли уточняющие вопросы по расстановке сил, вооружению и связи. Я записывал координаты, позывные и порядок действий на автомате — годы службы приучили работать чётко в любой обстановке.
Но впервые за двадцать девять лет половина моей головы оставалась не здесь, в штабе, а в собственной квартире на восьмом этаже.
Я смотрел на схему оцепления на доске, а сам думал о том, что она там сейчас делает. Наверняка уже обзвонила свою подругу Ленку, прокляла меня до седьмого колена и перевернула вверх дном всю квартиру в поисках запасных ключей. А потом, когда поймёт, что запасных ключей в прихожей нет, наверняка пойдёт изучать мою берлогу — с тем самым гордым, изучающим прищуром, которым смотрела на меня в первую встречу на площади.
И тут же в голове щёлкнула вторая, куда менее весёлая мысль.
Командировка на два-три дня. Выезд уже сегодня вечером.
Если меня сорвут на задержание прямо с базы и отправят в соседний район без связи, держать Карину взаперти двое суток я, разумеется, не смогу — это уже не упрямство, а реальный арест. Придётся либо вырваться домой на полчаса перед выездом, либо отдать запасной ключ проверенному человеку, чтобы открыл ей дверь, если я не успею вернуться к вечеру.