В магазин мы попали через подсобку. На полу стояли коробки, на полках лежали пульты, провода, телевизионные антенны. Пройти можно было по узкой дорожке между ними. Дальше открывался небольшой зал с прилавком. За ним сидела девушка и пересчитывала кассеты. Внизу витрины стояли видеомагнитофоны.
Юрий отвёл нас к столу в подсобке. Видеомагнитофон стоял без кассеты, сверху лежала записка с фамилией покупателя и телефоном.
— Вставляешь, пять минут показывает. Потом начинает тянуть. Клиент говорит, вытащил — вся плёнка гармошкой. Я другую сунул, то же самое.
Рыжий перевернул аппарат, нашёл наклейку. Я достал Верин листок. Он продиктовал номер, я проследил по строке. Совпало. Проверили ещё раз.
Юрий стоял за спиной.
— Вы его узнаёте, что ли?
— Наш, — сказал Рыжий. — Мы делали.
Он открутил крышку, отложил винты в коробочку и наклонился над аппаратом. Потом подозвал меня.
— Вот. Это ты ставил.
Возле задней стенки был прикручен маленький металлический уголок с несколькими лишними отверстиями. Один винт длинный, второй короткий, под ним две шайбы.
— Крепление разломано было. Разъём болтался, дорожки отрывал. Ты железку подогнал, закрепил. Из детского конструктора взял.
Я заглянул внутрь. Климов, может, и разобрался бы, где накосячил. Я смотрел на шестерёнки и ждал, что скажет Рыжий.
Юрий принёс кассету. Рыжий включил аппарат и стал смотреть, как движется плёнка.
— Юр, ты у Глухого восемь штук брал?
Он убрал руку с края стола.
— А тебе зачем?
— Нам их потерянными объявили. Три тысячи требуют. Две четыреста за аппараты, остальное сверху.
Юрий посмотрел на Рыжего. Тот сидел перед открытым видеомагнитофоном и ждал.
— Я за свои заплатил, — сказал Юрий. — Мне ваши расчёты не нужны. Один аппарат вернули, его и переделывайте. Всё остальное с ним решайте.
Я отодвинулся от стола.
— Послушай. У тебя аппарат, у нас его номер записан до того, как его забрали. Мы нашли, куда их сначала отвезли. На базе Костя сказал, что ты забрал все восемь. Значит, остаётся один вопрос: кто получил деньги.
— Глухой получил, — раздражённо сказал Юрий. — Лично. В руки. Две четыреста. Ещё пересчитывал сидел, у него одна сотня старая была, не понравилась. Я поменял. Тебе купюры тоже описать?
Юрий отошёл к шкафу, открыл верхний ящик, поискал там и вытащил конверт. Из него достал сложенный лист.
— Вот. Чтобы потом не было разговоров. Получил деньги за восемь видеомагнитофонов. Дата, сумма. Его подпись. Я ему сказал: технику проверил, забираю, но деньги без бумаги не дам. Мне потом самому отвечать, если она ворованная.
Я попросил посмотреть. Юрий положил лист на стол, ладони не убрал. Почерк был крупный, с сильным нажимом. Восемь аппаратов, две тысячи четыреста долларов. Подпись я видел впервые. Юрий провёл по ней ногтем.