Глава 2. Чужой среди своих
Страница 15 из 63
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 2. Чужой среди своих

Страница 15

Она ушла, и я остался в ванной один. Можно было закрыть дверь, сесть на край ванны и хоть немного прийти в себя. Я даже взялся за щеколду, но с кухни уже звали. Мать спрашивала, буду ли я есть. Господи, буду. Всё буду. Что угодно поставь, только говори ещё. Я ополоснул полотенце с того края, где осталась кровь, отжал как сумел и повесил на свободный крюк.

На кухне мне пришлось протиснуться между отцом и холодильником. Ноги сами понесли к моему месту возле окна, но там лежала раскрытая тетрадь, пенал и россыпь карандашей. Я взял тетрадь, чтобы переложить, и услышал из коридора:

— Это моё! Я ещё не дорисовала!

Сестрёнка Таня остановилась в дверях. Волосы с одной стороны заправлены за ухо, с другой лезут в рот, коленка ободрана и густо намазана зелёнкой. На ней была длинная футболка, доставшаяся от меня. Мать обрезала рукава и подшила низ, а рисунок на груди потрескался. Я помнил эту футболку на себе. На сестре почему-то не помнил. Она подошла, вытащила тетрадь из моих рук и стала собирать карандаши, поглядывая на мой глаз. Я так и остался стоять, мешая всем на тесной кухне.

— Тебя сильно били? — спросила сестрёнка. — Ты теперь одним глазом видишь?

— Таня, ну что ты пристала, — сказала мать. — Дай человеку сесть.

— Я просто спросила. У нас во дворе мальчик упал, у него тоже всё заплыло. Только он на велосипеде. А ты дрался?

— Дрался, — ответил я и зачем-то улыбнулся. Губа тут же треснула. — Не очень удачно.

Таня посмотрела на выступившую кровь, подвинула ко мне тряпочку со стола и села рядом на табурет. Ей было интересно. У неё дома сидел чужой побитый парень, можно было как следует рассмотреть его, пока мать занята картошкой. Я прижал тряпку к губе. Сестрёнка поставила босую ногу на перекладину табурета и взялась за ободранную коленку. Хотел сказать, чтобы не ковыряла, но это уже сказала мать, не поворачиваясь от плиты. Таня убрала руку и тут же полезла к коленке с другой стороны.

Я потянул ладонь к её волосам, но быстро одёрнул. Она отодвинулась, насупившись, и я взял хлебницу, к которой вроде бы и тянулся. Отец следил за мной. Я видел это и всё равно продолжал смотреть на Таню. В памяти она давно лежала в маленьком гробу, и сколько я ни пытался вспоминать другое, кончалось всегда одним. А сейчас сопела рядом, водила карандашом по бумаге, стирала резинкой так, что качался стол. Под носом у неё засохло, наверно след от конфеты. Мне хотелось стереть это пальцем, как делал раньше. Пришлось взять стакан обеими руками.

— Ты с нашим Сашей где познакомился? — спросила мать. — Вместе служили? Он нам пишет, только разве из этих писем что-нибудь поймёшь. Всё хорошо, всё нормально. Будто мы чужие. Как тебя самого зовут-то?

назадназад
1 ... 13 14 15 16 17 ... 63
впередвперед