Пьер, похоже, прочитал эти мысли по моему лицу, потому что в очередной раз хмыкнул и произнес:

— Иди бери себе кофе, он уже готов. Я предупредил персонал, что ты сейчас подойдешь. Взбодришься, а там и поговорим.

Пошел, куда деваться. Спать хочется ужасно, поэтому кофе точно лишним не будет. Только я удивился, что Пьер не захотел мне налить из своего кофейника, стоящего рядом с ним, но не стал заострять на этом внимание. Мне ведь нетрудно сделать десяток-другой шагов. Кофе и правда был готов, и мне ничего не оставалось, кроме как прихватить кофейник и кружку и присоединиться к Пьеру.

Я налил себе кофе и стал его потихоньку смаковать, а Пьер начал рассказывать, и по мере этого его рассказа я потихоньку зверел.

Меня развели как последнего лоха. Но, наверное, надо все пересказать по порядку. Жена Пьера уже неплохо меня изучила и, видя отношение ко мне своей дочери, ясно понимала, что я не шутил, когда обещал в следующий свой приезд увести у нее дочь. Чтобы не допустить такого раннего брака, она провернула настоящую аферу с подставой Кристины. В этом помогло еще и то, что Пьеру в тогда действительно срочно надо было в Голландию. Руки у нее были развязаны, и она воспользовалась представившейся возможностью на все сто процентов. Помогал ей ее младший брат, поздний ребенок, который еще и выглядел намного моложе своих лет. Естественно, брат не отказал родной сестре и помог разыграть спектакль, который я наблюдал на той площади в Париже. Еще сыграло на руку мошеннице хорошее отношение Кристины к своему дяде, вот почему спектакль выглядел крайне убедительным.

Но аферистка немного просчиталась. Во-первых, она забрала привезенные мной подарки и притащила их домой. Во-вторых, забыла про чуть ли не ежедневные наши с Кристиной разговоры по телефону. Никто — ни муж, ни дочь — не поверили ей, что я, приехав в Париж, передал подарки и не захотел навестить их. А Пьер, прекрасно зная свою жену и учитывая тот факт, что я вдруг перестал звонить, как делал это до Парижа, сразу заподозрил неладное и начал задавать жене неудобные вопросы. Как сказал Пьер, Кристина характером пошла в него, а у него в семье все почему-то однолюбы, если уж находят человека по душе, то это на всю жизнь. Это его жена тоже не учла и получила в награду за свой поступок филиал ада в отдельно взятом доме. Муж не отставал с расспросами, требуя объяснений, еще и потому, что он вообще никак не мог со мной связаться, чего раньше никогда не было. Дочь просто замкнулась в себе, практически перестала есть и начала чахнуть прямо на глазах. Вот это и заставило мать признаться в содеянном. Дальше Пьер действовал без раздумий: взял с собой дочь и отправился в Америку прямиком к Вяземскому. Он правильно рассудил, что тот хоть и говорил по телефону, что не знает, где я, но на самом деле не мог не знать. Так и оказалось. Когда при встрече Пьер объяснил в подробностях, что и как произошло, и Вяземский посмотрел на исхудавшую девчонку, у него не хватило сил в очередной раз соврать. Более того, он сам привез их сюда и сейчас нагло дрыхнет.