Не особо заморачиваясь, я собрал расширенное совещание командного состава из тех, кто еще остался в Аргентине, и поставил перед ними конкретную задачу: организовать учебный процесс для прибывших из Союза бойцов так, чтобы через три месяца из них получились грамотные командиры, способные обучать свои будущие подразделения на приемлемом уровне. Практически нерешаемая задача, будь прибывшие чисто гражданским людьми. Но к нам приехали уже служившие, притом тщательно отобранные младшие командиры. В основном сержантский состав, но эти люди уже поняли службу, и научить их будет на порядок проще, чем кого бы то ни было другого. Именно так, ведь переучить человека, получившего профильное образование, ничуть не легче, чем гражданского с нуля. Утрирую, конечно, но не особо сильно.

Кроме обучения прибывших мы рассмотрели на совещании и вопрос дополнительного набора в ЧВК местного контингента. Из-за начала большой войны нам нужно срочно заняться формированием полноценных воинских подразделений, способных решать реально важные задачи на поле боя. Поэтому у нас нет другого варианта, кроме как задействовать в качестве обучающего персонала всех членов ЧВК. Предстоит очень большая работа, и напрячься всем придется не по-детски. Хороший на самом деле момент, чтобы оценить потенциал каждого, даже самого, на первый взгляд, незначительного сотрудника ЧВК. Это, конечно, я так думаю. А для бойцов, по крайней мере, для тех, кто хоть немного дружит с головой, это время, когда можно за очень быстро взлететь выше головы и перейти на совершенно другую ступеньку бытия. Высокопарно, конечно, звучит, но это так. Наступило время, когда инициативные думающие сотрудники могут очень быстро вырасти в чинах, и кто знает, может, к концу войны даже заменить нынешних командиров.

Жаль, конечно, что я не успел подготовиться к этой войне, и все теперь придется делать в авральном режиме. Но деваться некуда, теперь преодолевать и превозмогать. На самом деле я и так, можно сказать, прыгнул выше головы, и у меня сейчас есть все необходимое для того, чтобы нехило так повлиять на происходящее.

Следующая неделя, которая предшествовала новой встрече с представителями еврейские семей, для меня пролетела в трудовом угаре. Пришлось носиться по всей стране, словно я в одно место ужаленный, и на ходу решать кучу самых разных проблем. Так, я дал добро на выпуск того, что уже давно было готово к производству. Я сейчас говорю про автоматы и пулеметы, которые в моем мире назывались Калашниковыми, и, естественно, боеприпасов к ним. Учитывая, что к началу этого производства давно все готово, притом мощности выделены более чем серьезные, есть надежда, что это оружие нехило повлияет на ход войны. По крайней мере, у нас в планах только за первый год произвести порядка полумиллиона стволов, и это я считать по минимуму, а как будет на самом деле, мы узнаем чуть позже. Похожая ситуация и с авиатехникой. Правда, там к немедленному началу производства готовы только истребители и штурмовики, но зато что это за самолеты. Они хоть и кажутся довольно сложными в производстве, но равных им во всем мире сейчас не найти. Я не стану рассказывать о их характеристиках, обозначу только, что хваленые мессеры нашим истребителям не соперники, что в скорости, что в маневренности. Штурмовики же — это прям реально летающие танки, притом очень зубастые и способные удивить даже в небе любого противника. Немного не задалось пока с бомбардировщиками, и если будущие пикировщики уже на выходе, их появления не так и долго осталось ждать, то с так называемыми стратегами возни еще много. Нет, если изменить техзадание и ограничиться грузоподъемностью в пять тонн, как это сделали когда-то в прошлом мире американцы, проблем нет, выпуск самолетов можно наладить очень быстро, но мы ведь не ищем легких — во всех смыслах — путей.