— Заходим, — Гонор бесцеремонно забрал у меня курительную трубку, выбил пепел о ближайшую стену и неторопливым шагом двинулся в сторону черного столба, бросавшего длинную тень от центра, словно указатель солнечных часов.

Мы вступили на площадку вслед за ним, каждый в свой проход между статуй, и сразу остановились, а Гонор пошел дальше.

На этот раз мы решили изменить тактику начала боя. Мы все уже достаточно маневренны и способны реагировать на изменение ситуации оперативно. В случае с тем ящером-переростком повезло, что он выбрался из-под земли в сторонке, а мог и прямо под кем-нибудь из нас. Вот чтобы не было лишней беготни с места на место, сперва нужно дождаться реакции, определить вид угрозы и численность противника, после чего Гонор сагрит на себя всех. И это ему будет тем проще, чем ближе к нему будут находиться остальные бойцы. А потом можно разбегаться по зараннее присмотренным позициям.

Ауры обновлены, расходники на месте, оружие наготове.

Я слабо улыбнулся, глянув на пробегающего в пределах видимости пета. Блоха по привычке не в состоянии стоять на месте, нарезает круги вокруг зоны ТС, изображая суровую бдительность. Держит себя солидно, соответствуя 23 уровню. Задира сидит на башке одной из статуй, со скрежетом кроша мягкий песчаник жуткими когтями при малейшем движении. Отдыхает. Заслужил — округа зачищена, опасаться нечего. Крылан надменно смотрит на нас сверху вниз красными угольями глаз и зловеще скалит зубы. У каждого пета свой характер, и этот не упускает случая присмотреть за мной, чувствует мой интерес к его хозяйке и ревнует. Здоровый, собака, стал. Если продолжит расти, то вскоре у Ники будет в подчинении птеродактиль. Шутка. На самом деле его рост почти остановился, несмотря на 22 уровень. Сейчас его размерчик с хорошего такого кондора — вес под десять кило. Оба пета последние пару дней все чаще в полную силу участвовали в схватках, поэтому по развитию почти догнали своих хозяев. И жрали за четверых, благо жратвы для них было в избытке.

Я задумчиво глянул на Нику. Удивительно, как меняют человека звуки нового имени, его новый смысл. Все чаще вижу нечто новое в ее чертах, ее движениях, в том, как она держит голову, как смотрит, как шагает. Какая-то незнакомая уверенность появилась в ее облике. А вот Месть все та же. Холодная, неприветливая, жесткая, как натянутая струна. Язвительная, когда изволит говорить с нами, смердами. Ее высочество, пня на неё нет. Справедливости ради, за весь этот день блонди ни разу группу не подвела, хотя её косой взгляд уже порядком осточертел. Но это сущие мелочи. Пройдем испытание — и разбежимся. Пусть вытворяет всё, что взбредет в эту светловолосую головку, лишь бы от нас подальше.