Середина апреля, а я взопрел, как летом из-за всей этой беготни! И это ещё на Изнанке середина февраля на нулевой и начало последнего зимнего месяца на первой, то есть работы там стоят, разве что в Щучьем остроге готовятся к заготовке икры, намораживают лёд в подвале, свозят бочки и запасы соли со специями. При этом Иван Никанорович, уже не Силантьев, а Прорысюхин, с полной уверенностью в голосе обещает побить прошлогодний рекорд.
Шипунов, который всю зиму что-то считал, думал, несколько раз ездил к Клёнову и к Сосновичу, наконец, пришёл к решению проход на изнанку всё же строить. И сейчас начал общение с Суслятиным, обсуждая варианты проектов и их стоимость. Вот вообще не мой дело, даже и интересоваться ходом переговоров не буду. Тем более, что ко мне Суслятин тоже заехал, приобрёл на прежних условиях лицензию на изготовление сотни грузовиков моей конструкции с кузовами для сыпучих грузов, поровну двухосных и трёхосных. Ну, а я закрыл глаза на то, что первые из них появились на начавшем работу песчаном карьере уже через три дня после подписания бумаг и получения оплаты. Главное, что следов прошлогоднего или зимнего использования на них не было — новенькие, свеженькие. И, нет, не свежепокрашенные, как дед предположил, уж что-что, а износ металла я на расстоянии пару десятков метров определяю точно и уверенно.
Вот не думал, что буду ждать Императорского бала! Просто мои чем дальше, тем больше нервничают, хотя, казалось бы, наоборот должно быть — подготовка заканчивается, поводов для переживаний становится меньше. Но где логика и где желание женщин попереживать всласть? И как минимум один настоящий повод был на самом деле: готовность пластинки. И тут дата бала играла двояко. Его в этом году назначили несколько позже, чем раньше, на двенадцатое мая. И тут, с одной стороны, хорошо — есть время подождать пластинку, с другой — мне мои лапушки плешь успеют прогрызть по самые уши.
А тут ещё и рыбаки из Пристани снова решили инициативу проявить: пришли с просьбой помочь с приобретением или постройкой нового, третьего, кораблика. Такого же примерно, как тот, что с лебёдкой, но чтобы сходни поменьше и откидные, а трюм побольше. Тогда тот, что ходил в разведку на озеро они на озеро бы и отправили, изучать и осваивать тамошние угодья. У него трюм хороший, но большую сеть на борт поднимать возможности нет.
Выходить на военных в попытках купить для переделки ещё один паром — дело долгое, неблагодарное и почти гарантированно безрезультатное. Проще строить с нуля «по образу и подобию»: металлический набор из двутавровых балок и швеллеров, обшивку двойную из листового металла. От дерева придётся, наверное, отказаться, помня историю с мульчей. Конечно, дерево в наборе имеющихся корабликов местная живность с такой яростью не грызёт: не то сказывается то, что оно на воде используется, не то металл обшивки «экранирует», не то пропитка и то, что дерево старое, «мёртвое» работает. Не знаю, но рисковать не хочется. Ещё необходимо сделать три мотора разной мощности и разного назначения: ходовой, для лебёдки и для насоса, воду из трюма откачивать. Жаль, нет среди нас инженера-корабельщика или просто сведущего человека, чтобы реализовать все те идеи, которые краем уха слышал или краем глаза видел в своём мире дед.