— Здравия желаю, господин полковник!
— Здравствуйте, ваша милость! Вольно, не тянитесь, мы не на плацу и в равных чинах. — ответил тот и повернулся уже к Запуночкину: — Если вы хотели познакомить меня с господином бароном, то можно было сделать это менее драматично.
— Вы что, не видите, в каком он виде⁈
Подполковник повторил мои действия по внимательному осмотру формы и ответил моими же словами:
— В нормальном виде. Мундир сидит как положено, обмят и подогнан правильно, чистый и целый. Что вам не нравится настолько, что аж ко мне прибежали⁈
— Но знаки различия!..
— Так, я вижу, кто-то опять поленился прочитать подготовленные моими людьми документы.
— У меня, извините, своих бумаг хватает!
— Извините, господин барон, у нас тут намечается небольшое производственное совещание. Ещё раз прошу прощения, пройдите, пожалуйста, в учебный класс, там знакомый уже вам поручик Миногин ждёт вас со всеми нужными инструкциями.
— Слушаюсь, господин полковник!
Закрывая за собой дверь, я успел услышать уже не такой вежливый голос подполковника:
— Достаточно было просто открыть укладку!..
Уже в коридоре все странности внезапно сложились в моей голове с единую картину, от которой у меня буквально дыхание перехватило!
«Он что, обвинил меня в самозванстве⁈»
«Скорее, заподозрил, обвинений вслух он не высказывал, иначе подполковник его бы ещё там построил».
«Всё равно, это оскорбление! Я сейчас!..»
«Ты сейчас прекратишь истерику, успокоишься, и пойдёшь туда, куда послали!»
«Но оскорбление!..»
«Не было высказано вслух, значит — не существует. Мало ли, кто что хотел — пока не начал действовать или высказывать свои планы при свидетелях, мысли и желания неподсудны. Подполковник специально тебя отправил, не только для того, чтобы подчинённого не ругать при посторонних, но и чтобы он не успел что-то ляпнуть и дать формальный повод».
Не сразу, но смог взять себя в руки и послушать голос разума, вместе с голосом деда, который долго ещё удивлялся тому, как меня, по его выражению, «накрыло». Я же, в свою очередь, удивлялся тому, как можно удивляться желанию защитить свою честь, дворянскую и офицерскую.
Вообще сегодня, похоже, международный праздник — Всемирный День удивления. Вот и очередь знакомого поручика пришла, хе-хе. Но он, к его чести, напавший было ступор преодолел очень быстро и вытянулся во фрунт:
— Здравия желаю, ваше высокоблагородие!
— Здравствуйте, господин преподаватель. Давайте без чинов, тем более, что я вроде как в запасе числюсь. По большей части, м-да.
Мы с поручиком перешли к столу с учебниками, но он всё косился на мои «регалии», пришлось прерваться для пояснений: