Полки корпуса заторопились, понукаемые старшим начальством. Им предстояло взобраться на валдайскую возвышенность. А в это время им навстречу, сначала по Волге, а потом по Тверце величаво и неторопливо следовала армада барок с Зарубинским егерским легионом.
Имея под боком озера, каналы, шлюзовую систему и великую русскую реку Волгу, организовать переброску шеститысячного легиона — не бог весть какая сложная задача. Но и не такая простая, как кажется на первый взгляд. Генерал Крылов лично руководил погрузкой полков, конского состава и артиллерии. Особое внимание было уделено телегам с многострельными артиллерийскими системами на телегах — продуктом самородного гения Чекалина, так хорошо зарекомендовавшие себя под Оренбургом.
Ефрейтор Сенька Пименов и его закадычный приятель Васятка только успевали хлопать разинутыми от удивления ртами. Думали, придется грязь по дорогам месить, а оно вона как повернулось. Расселись по лавочкам со всем удобством да и поплыли мимо заливных лугов да дремучих еловых и сосновых боров, густо облепивших берега с редкими вкраплениями деревенек. Харчевались во время коротких остановок — полевые кухни заранее доставили в нужные пункты, а потому задержек не случилось. Ложками поворочали в мисках, в кусты до ветру смотались — и поплыли дальше по прямому, как прошпект, каналу 17-ти саженные барки-плоскодонки, влекомые бечевой аль парусом, набитые егерями в неприметных зеленых куртках-мундирах.
Вышний Волочок встретил легион лесом мачт и гигантским затором у шлюза разномастных речных посудин. В год этот важнейший узел вышневолоцкой водной системы пропускал не менее пяти тысяч барок, и за лето скопилось их великое число. Настоящий затор, который еще разгребать и разгребать, когда будет восстановлено движение по каналам в сторону Петербурга.
Сенькин полк, не задерживаясь, выдвинулся к укрепленному лагерю, раскинувшемуся перед многорядными ретраншементами и окопами. Шанцов было выкопано столько, что без поводырей впору заплутать. Славно потрудились «арапчата»-фортификаторы!
Зарубина встретил лично Ожешко в сопровождении небольшой свиты. За месяцы стояния в Вышнем Волочке поляк заметно утратил офицерский лоск. Загорелый до черноты, со спутанной гривой волос, он смахивал на цыгана — только серебряного кольца в ухе не хватало. С видом опытного барышника он разглядывал выгружаемых на берег казачьих лошадей.
— Кавалерия — это то, чего нам так не хватало. Вся моя ушла вперед, чтобы гонять неприятельские разъезды.
— Панинцы далеко? — уточнил Чика. Его сразу ввели в курс дела, как только он ступил на берег: он уже знал и численность наступающего корпуса, и кто у них командир.