Жека пока завтракал, попросил метрдотеля вызвать такси. Позавтракав, вышел из ресторана и огляделся. Шумел базар-вокзал. Не успел спуститься по ступеням, как натолкнулся на обоссавшегося бомжа, сидящего на ступеньках с разложенной кепкой. Закончил работу самосвал, и появились у ресторана наружные посетители.

Встав у двери, Жека закурил и окинул взглядом гомонящую и кишащую народом привокзальную площадь. Ряды коммерческих киосков, ряды торгашей, покупателей.

У входа в ресторан и гостиницу стояла жёлтая старинная «Волга» с шашечками, похоже, ещё при СССР работавшая в такси. С одной стороны, машина неказистая, с другой стороны, абы какой таксомотор к «Гудку» подавать не станут, только проверенный по всем статьям. Жека подошёл к «Волге», открыл дверцу и сел на переднее сиденье. Хотел увидеть родной город во всей красе.

Сегодня ехал днём и видел, как всё больше родной город погружается в помойную яму. Улицы были грязные, замусоренные. На тротуарах и на дороге валялись пустые бутылки, мусор, пластиковые пакеты. Люди, доведённые нуждой до отчаяния и беспредела, уже не задумывались что они делают. Чтоб вот так при Союзе мусор на землю швыряли?

Вдобавок хронические невыплаты заработной платы привели к тому, что даже дворники разбежались кто куда. Гораздо больше можно было заработать, торгуя на базаре овощами, чем работать на заводе или даже дворником. А те, кто пошустрее, скидывались в складчину деньгами и посылали одного человека на чартерном рейсе в Китай или в Турцию. Или на крайняк ездили коммерческим автобусом на оптовый рынок, в тот же самый Новосибирск. Затаривались товаром, везли в город огромные клетчатые болоневые сумки. Торговали на базаре и на улице шмотками, кассетами, дисками, парфюмерией, косметикой… Да всем. На каждой остановке виднелись или палатки, или отдельные прилавки, а то и вообще стояли стойки с одеждой прямо у дома, а рядом на деревянном ящике сидел продавец, рядом с ним ошивался охранник. С этого и начинался начальный капитал многих.

Множество бомжей стояли у киосков, ждали, когда освободится пивная бутылка, поднимали дымящиеся окурки или открыто слонялись и выпрашивали деньги. Толпами ходили и приставали цыгане, разводя лохов на «дай погадаю». У вокзала сидели напёрсточники в окружении страждущих выигрыша. Толпами бегали дети-беспризорники, некоторые прямо на остановке нюхали клей или выпивали из горла водку и пиво. Уже в который раз после чинной Германии, попав сюда, опять сложилось впечатление, что попал в ад. Переход из социализма в капитализм получился тяжёлый. Ну а что, какой поп, такой приход… Мэру Конкину было не до этого — денег в казне, скорее всего, сейчас мало. Да и та уходила себе в карман и нужным людям. Финансирование города шло по остаточному принципу.