— Ты нам не заливай тут, — рявкнул дылда, тыча мне в лицо револьвером. Еще раз соврешь, я тебе…

Он не договорил. Слишком близко подошел. Оружие я выхватил за одно мгновение. Отвести запястье, перехватить ствол, дернуть, потянуть. Простейший прием, которому научил меня Гаро. Револьвер уперся в грудь дылды. Наконечник болта смотрел мне в голову. Дилетанты, в грудь целить надо. В Роркхе полно хантов которые могут увернуться от такого выстрела. Не я, конечно, но вообще.

Крутанув револьвер, кинул его деханту, что уже отшатнулся к стене. И спокойно положил руки на колени.

— Я же сказал. Поговорить пришел. Не надо вот мне тыкать в лицо всяким. А ты в окно смотри, — рявкнул я. С удовольствием отметил, как тот на мгновение дернулся выполнять приказ. — Вдруг там Демоны подкрадываются.

После этих слов арбалетчик все же отвернулся. Но сперва убедился, что его напарник уже держит меня на мушке.

— Как нас нашел?

— Не ваше собачье дело. Такой ответ подойдет?

— Слышь ты… — длинный снова дернулся в мою сторону, но вовремя одумался. — Где остальные?

— Четыре дома отсюда, — пожал я плечами. — Мой черед. Ваши где?

Парочка нервно переглянулась. Затем опять по кругу.

— Вопросы здесь задаю я. Слушай внимательно…

Я закатил глаза. Тупые дилетанты. Привыкли вести дела с новичками, которые срутся от вида нарисованного пистолета.

— Ясно все с вами. Ничего от них не добиться, Маус. У этих интеллект ниже прожиточного минимума. И то на двоих.

— Че ты вякаешь, Демон? Ты не в том положении, чтобы…

Я махнул рукой. Бесполезно. Хоть на голове танцуй. Стена за спиной дехантов пошла волной. Тени сгустились и начали шевелиться. Но они этого не видели. Зато я видел, как черное марево отделилось от стены, окутало парня с револьвером. Никакого крика или вопля. Арбалетчик дернулся, но марево сдвинулось в сторону. Дылда мягко опустился на пол, но еще до того, как его голова коснулась ковра, арбалетчик уже был мертв.

Я поднялся со стула и подошел к телам. Две дыры, из которых толчками бьет кровь. Одна в спине, в районе сердца, другая в виске. У арбалетчика такая же рана в груди и перерезано горло.

Маус стоял над трупами. В руках длинные изогнутые кинжалы светятся сиреневым светом. С лезвий капает свежая кровь. Все тело ханта напоминает одно черное марево, но если приглядеться, то можно различить детали одежды, что окутывают ханта. Словно обмотан в какие-то широкие полосы ткани. На плечах плащ, что соткан из черного пламени. От него постоянно отрываются куски, что тают в пространстве мгновение спустя. Но при этом плащ не уменьшается. Будто бы живое, одеяние колышется и движется.