— Рэд, — я пытался сдержать нотки паники в голосе. — До центра двадцать минут. И обратно. Плюс пока я найду и выковыряю тебе этот кирпич. Я же вешу… Не знаю. Как целый отряд. Ты же, имповы ляхи, целый пулемет к моему ханту закинул. Он же мне вес добавляет, а не тебе. И ты предлагаешь мне идти по Роркху с восемью Вулканами? И все?

— Многовато, согласен. Я бы тебя с ножом отправил, но ты слишком слаб.

— Да ты издеваешься? — это истеричное. — Я этого ханта полгода готовил! Я тебе за «Лисов» шесть сотен отдал. Тут расходников еще на две сотни, я некоторые специально берег. У меня больше ничего не осталось. Полтора ханта на ферме, да пара «Ампексов» на складе. И я сейчас должен пойти и все это слить сраному Роркху? Просто так?

— Сраному Роркху? — переспросил Рэд.

Удар был слишком быстрый. Я успел его заметить, но не среагировать. Рэд просто пнул меня окованным в железо сапогом прямо через стол. Я снес пару стульев в полете. Воздух со свистом вылетел из легких, в груди горит. Была бы броня.

— Я сказал тебе пойти сдохнуть, тварь? — рокотал под потолком его голос. — Я сказал пойти и принести мне кирпич. Ты глухой, тупой или все сразу?

Второй удар не дал мне подняться. В спине что-то хрустнуло при столкновении со стеной. Затылок пронзила вспышка боли. В глазах искры, а в ушах звон. Но даже сквозь него я слышал этот стальной голос.

— Ты расклеился, паря. Обложил себя товарищами, а сам прячешься за их спинами. Что ты можешь, а? За тебя всю работу делают другие. Убил пару десятков отбросов и возомнил себя крутым?

Меня швырнуло в сторону. Я ударился коленями о ступени лестницы. Тут же следом прилетел удар в спину. Кажется, я клацнул челюстью о ступеньку. Потому что в луже крови плавал зуб.

— Из логова мы отступаем. Опасненько, — полился саркастичный голос, сопровождаемый пинками. — О дехантов мы ручки не пачкаем. У нас же есть убийца в тенях. Броню мы носим, но вместо себя отправляем других. И играть ему стало скучно. И Роркх ему какой-то серый. И команда все делает не так, да? А ты им зачем, котенок? Что отряд без тебя потеряет? Да они только выиграют. Ты — слабое звено в своей же команде.

Меня отрывает от земли. Я сношу лицом дверь, бьюсь о камни улицы, качусь куда-то. Перед глазами все плывет. Кажется, сотрясение. То ли блюю, то ли харкаю кровью. Пытаюсь отдышаться и встать, но в этот раз удар приходится по ребрам. Больно. Очень больно. Новая карусель перед глазами.

— Ты слаб, котенок. И ты становишься слабее с каждым днем. Обкладываешься графиками и схемами, сборками и комбинациями. Хантами друзей и ими самими. Ты трус, котенок, — внезапно голос стал ближе. Холодом подул мне над ухом. — Роркх не терпит трусости. Он сожрет тебя с потрохами, котенок. Потому что ты не достоин зваться найтхантом.