Раздраженно отложив газету в сторону, он взял «Правду». Все подряд в газете, конечно, не читал. Большинство статей того не стоило, ну не очень ему интересно, как там в Подмосковье готовятся к полевым работам… Тем более он не представлял, как в марте можно готовиться к полевым работам, которые начнутся в лучшем случае в конце весны? Да и не хотел он в этом разбираться.
Из-за этого достаточно быстро дочитал до раздела некрологов. Привычно скользнув глазами по колонке с ними, он вдруг замер. Коллектив ЦК КПСС высказывал соболезнования в адрес родственников Никиты Богдановича Кожевникова.
Газета выпала из рук Самедова на стол. А следом на нее закапали слезы. Самедов рыдал и абсолютно этого не стеснялся. Пусть даже кто и зайдет вдруг сейчас к нему в кабинет. Плевать уже! Смерть Кожевникова означала, что его больше ничего не удерживает в Тикси. Он может увольняться и возвращаться обратно в Москву к семье.
— Господи, повезло-то как, — прошептал он.
Никакого больше яичного порошка вместо нормальных яиц, тушенки вместо нормального мяса с базара. Никакой больше борьбы с крысами, пытающимися обживать его жилье, невзирая на его сопротивление. Не будет больше необходимости выживать месяцами без единого лучика света. Полярная ночь… Какой же это кошмар, когда на дворе кромешный мрак, в какое время в окно ни выгляни!
А бочка эта, как его замучила эта бочка! Как же хочется оказаться быстрее в нормальной квартире!
Глава 7
Москва, квартира Ивлевых
Галия детей только начала в постель укладывать, как телефон зазвонил. Расстроилась, конечно. Только их на кровать затащила, чтобы засыпать начали. А тут звонок.
И не снимать трубку как-то неудобно. Любопытство потом замучает, кто это звонил.
В общем, она быстро стащила детей с кровати, чтобы они с нее не упали, пока она разговаривать будет. На пол посадила и бегом к телефону, пока трубку звонивший не бросил.
К ее удивлению, это снова Вероника оказалась.
— Галия, извини, что снова тревожу, но ты не можешь мне подсказать, куда именно уехал твой муж? — неожиданно спросила она.
Галие такой вопрос совсем не понравился. Одно дело, когда помощник министра иностранных дел СССР такой вопрос задает. Тут уже никуда не денешься, приходится отвечать. А другое дело — какая-то новая знакомая. А ведь муж ее строго-настрого предупредил, чтобы она вопрос этой его поездки ни с кем не обсуждала.
Так что она решила дурочкой прикинуться, и задала встречный вопрос:
— А зачем тебе это нужно знать, Вероника?
Не очень вежливо прозвучало, конечно. Но с другой стороны, какой вопрос, такой и ответ, как всегда говорит ее муж.