И в особенности, когда контрразведчики справки наведут, зауважают его за те темпы, которыми его бизнес развивается. Перейти от нуля производимых товаров к производству продукции на миллионы долларов в год кто угодно за два года не сумеет. И что немаловажно, товар он производит такой, что выгодно Италию в мире подсвечивает. У нынешних итальянских элит есть отчётливый комплекс неполноценности из-за слабого развития итальянской экономики перед более мощными европейскими экономиками и США. А за Тареком стоит товар, за которым и британцы, и немцы, и американцы дисциплинированно в очередях стоят, чтобы приобрести. За такой комплимент в адрес итальянской рабочей силы и промышленного потенциала страны и ливанца уже будут рассматривать почти что как итальянца…

* * *

Москва, МГУ

Эмма Эдуардовна посмотрела на часы. Устала она сегодня. Две пары провела. Совещание у декана, затем еще одно совещание у проректора по науке, да еще и внеплановое, после получения очередного письма из Минвуза СССР по поводу усиления научной работы студентов. В общем, день был непростой.

Устала она бегать с одного места в другое, чтобы везде успеть.

В дверь постучали.

— Войдите, — громко сказала она.

Дверь у нее была фанерной. Сквозь нее все было слышно. Так что Эмма Эдуардовна даже голос сильно не повышала, в полной уверенности, что кто бы там ни пришел, он точно ее услышит. Так оно и оказалось. Спустя несколько секунд дверь приоткрылась и вошел хорошо знакомый ей доцент Иванов, который не так давно в ГДР вместе с ней ездил. Эмма Эдуардовна с ностальгией тут же ту поездку вспомнила. Как она тогда чудесно время провела! А сколько подарков привезла и раздарила!

— Здравствуйте, Василий Петрович! — нашла в себе силы улыбнуться, несмотря на то, что чувствовала себя полностью вымотанной, Эмма Эдуардовна. — Как ваши дела? Вы по какому-то вопросу ко мне?

— В принципе да. По вопросу, — согласно кивнул Иванов. — Помните, мы с вами прошлым летом ездили в Берлин, и с нами был еще студент Павел Ивлев…

— Да, конечно, Василий Петрович. Как же такое забыть. Не так и давно это было.

— Ну и хорошо, — согласно кивнул доцент. — Тут такое дело. Похоже, что один из членов партсобрания готовит в его адрес какую-то пакость, Эмма Эдуардовна.

Замдекана, тут же стряхнув с себя всякую усталость, насторожилась. А Иванов тут же неспешно рассказал все, что узнал от своего лучшего друга Еремина. Про заход Бляхина в адрес Ивлева и его расспросы. И про то, что выглядит все это крайне подозрительно. Добавил потом:

— Вы же знаете, Эмма Эдуардовна, что Еремин человек достойный. Никогда всякие сплетни и слухи распространять ни в коем случае ни о ком не будет. Даже если по всем понятиям человек этого заслуживает. Так что в адрес этого Ивлева он Бляхину ничего не рассказал. Но тот фактически сам признался, что ищет какую-то негативную информацию об Ивлеве к партсобранию.