Так что если тебя такое моё обещание устроит, то считай, что мы с тобой договорились. Ну а если нет, то, извини, никакой договорённости у нас не будет. Есть вещи, которые, к сожалению, никак не в моих силах.

И пойду к Громыко не прямо вот сейчас, если ты этого ждешь, а тогда, когда решу, что у него хорошее настроение. Чтобы под горячую руку не попасть, что, сам понимаешь, вряд ли положительно скажется на судьбе твоего друга.

Витька подумал и решил, что, в принципе, такое обещание от отца дорогого стоит. Раз обещал, значит, это он выполнит. Ну и раз министр столько лет его своим заместителем держит, значит, хорошо к нему относится. Должен с уважением отнестись к его просьбе о том, чтобы у Ивлева совсем всё плохо не стало.

Так что он сказал:

— Я согласен, отец, — и протянул руку, чтобы скрепить договорённость рукопожатием.

Москва, МИД СССР

Начальник генерального секретариата МИД Горлов трижды перечитал письмо, пришедшее от главного редактора газеты «Труд» по случаю инцидента с интервью Фиделя Кастро корреспонденту «Труда» Павлу Ивлеву.

В первый раз он просто воспринял информацию, во второй постарался её как следует осмыслить с точки зрения МИД. А в третий попытался уже понять, чего хочет добиться этот увёртливый Ландер. С ним он уже неоднократно сталкивался по другим вопросам, и общее впечатление о главном редакторе «Труда» у него было сугубо негативное.

«Соскочить пытается», — наконец, совершенно убежденно кивнул он. — Мол, я не я, и корова не моя. Пойти, что ли, к министру с этим письмом, отразив и свою позицию по этому поводу? Ведь Андрей Андреевич обязательно его спросит, что он сам по этому поводу думает?

Но нет, нельзя идти, потому что следующий вопрос, что он задаст ему после того, как ознакомится с этим письмом от Ландера, совершенно однозначен. Министр спросит, а что имеет по этому поводу сказать непосредственно сам виновник всего этого — Павел Ивлев? Может, он как раз будет уверять, что имел все необходимые разрешения на эту встречу с лидером Кубы от своей газеты.

Эта мысль тут же его захватила. А ведь очень здорово было бы прийти к министру с двумя бумагами: одна из «Труда», отрицающая то, что Ивлев выполнял функции корреспондента во время этой встречи, а другая — от Ивлева, подтверждающая, что на самом деле всё было не так.

Неплохо было бы поймать главного редактора «Труда» на горячем и уличить в попытке перекинуть ответственность на своего корреспондента. По крайней мере, ситуация получилась бы достаточно пикантная, что будет очень даже неплохо. Ведь высшим навыком дипломатии является умение ловить рыбу в мутной воде…