Эти девочки... Платили ли им за улыбки? Решка вообще не ожидал такой помпезной встречи. Обычно лорды полагают, что обещанного золота заранее хватает на все наемничьи подвиги, а тут - "спасители", "защитники", "оплот". Как-будто от того, что Воробей набил пушку селитрой и поджег, оставив холм с развалинами возвращающимся дикарям, война уже выиграна и осада снята. Хотя Корпусу войны, без всяких сомнений, на руку, но эта была изрядно дрянной.

Какая-то цветочница умудрилась всучить дельфиниумы и Решке, и тот едва удержался, чтобы не обтереть ими Пегаса. Несчастный, он сегодня не знал ничего, кроме галопа! И тем не менее, лейтенант слегка расшевелил жеребца, чтобы нагнать Воробья со свитой. Сладкоголосые "виваты" были миражом, букетно-ленточной фантазией, а с кавалеристами можно поговорить о фуражирах, привезённых в седлах рабах и оставшихся в каганском резерве пушках - единственной существующей реальности.

- Как пить дать, великан! - убеждал соседей старый Вайц. - Росту в нем было, что два меня! Ну нас-то так просто не проймёшь, мы ему башку-то и срубили!

- Ну ведь врешь, лис седой! - отнекивались соседи, - Ты во втором эскадроне шел, там на вашего брата уже и не осталось никого! Вот мы с Пьетро врубались с Воробьем, по одному каждый взял и еще одного вдвоём зарубали!

- Чтобы капрал Вайц врал! Ну я тебя покажу! Гляди!

Старик вынул клинок, отсалютовал, весьма красиво. Хорошая сталь, бергпелийская, и вся в крови. Решка невольно улыбнулся - лис умел производить впечатление, и вообще, он был хорош, пусть и ворчлив. Спорщики, однако, стушеваться и не подумали. В небо устремились еще два клинка, и все они нуждались в основательной чистке. Лейтенант засмеялся и выровнял Пегаса с лошадью Пьетро.

- О, вашбродь! - хмыкнул Вайц. - Славная была рубка, хоть и короткая. А скрестить клинки после боя - верная примета к грядущей удаче. Тем паче с офицером! Не уважите нас? За честь Бергпелэ!

Три клинка схлестнулись, пронзая солнце остриями, и Решка вынул и присоединил к ним свой. Абсолютно чистый.

3

Вонь смерти преследовала Решку. В просторном зале городской Цитадели обустроили временный лазарет, через который приходилось пройти всем, кто жаждал встречи с его превосходительством комендантом. От глупости раненных решили свозить именно сюда или от ума, лейтенант не знал, но вид гноящихся ран явно уменьшил ежедневное число просителей.

- Благородный герцог Констанс принимает под свое крыло славных защитников, отдавших во славу короля и отечества свое здоровье, - шепнул адъютанту капитан, - И каждому это видно! Как же несчастной бакалейщице просить заплатить за хлеб посреди этого зала? За хлеб, которым кормят этих бедолаг? Нет, воистину жадность твоя погубит тебя, женщина!