– Хотите сказать, чистая случайность? – прищурился ректор. – В стрессе Репьёв ударил именно в нужный миг и в нужное место?
– Похоже на то, – кивнул генерал. – Мальчишку загнали в угол векселем. Нужда, ваше сиятельство, и калачи печь научит. Род Репьёвых древний, контур перстня мог просто сдетонировать на агрессию Голицына.
– Вы ошибаетесь, господа, – раздался ледяной голос из полумрака у камина.
Третий слегка наклонил голову, сразу привлекая внимание ректора и генерала, которые синхронно повернулись в его сторону, мгновенно притихнув.
– Репьёв – не испуганный мальчик, которому повезло, – продолжил третий, мерно постукивая пальцами в перчатке по подлокотнику. – Мне доложили, что он провёл почти два часа в закрытом архиве библиотеки. По словам Бахрушина, он изучал информацию о проведённых дуэлях Голицына. Это не совпадение. Мальчишка знал, куда бить.
Генерал удивлённо поднял брови, а ректор нахмурился.
– Репьёв никогда не показывал больших успехов в учёбе, – ответил Воронцов. – Откуда такие точные выводы?
– Это вам и стоит выяснить, господин ректор, – сухо ответил третий. – Откуда такие изменения в забитом изгое, который очень тонко и умело спровоцировал Голицына на дуэль?
– Вы думаете… – начал было генерал.
– Я уверен, что княжича обдурили. Репьёв знал, как спровоцировать его, и спровоцировал. Он действовал на уровне выпускника.
В кабинете повисла тишина. Поверить в то, что мальчишка смог провернуть подобное сознательно, было не так-то просто.
– Ваши распоряжения? – наконец тихо спросил ректор Воронцов.
– Официально дуэль признать законной, вексель аннулировать, – отрезал третий. – Нам не нужен шум вокруг Голицыных. Но за Репьёвым установить негласный контроль. Мне нужно понять, чьи интересы он на самом деле представляет в Лицее. Из Шанцевого ведомства его пока не убирать, пусть думает, что опасность миновала. Посмотрим, какой ход он сделает следующим.
Алексей Репьёв
До жилого корпуса я добрался ближе к десяти вечера. В коридорах третьего курса было непривычно тихо. Салтыкова в комнате не оказалось, а его шкаф оказался наполовину пустым. Барон подсуетился и спешно переселился в другой блок, решив не искушать судьбу соседством с психованной «двойкой», которая уложила лучшего мага потока. Мне же лучше. Меньше свидетелей.
После дуэли от меня начали шугаться как от прокажённого. Ещё по дороге от Часовой башни я заметил, что коридоры Лицея словно вымерли. Стоило мне завернуть в жилое крыло третьего курса, как группы студентов, до этого громко обсуждавших вечерние новости, мгновенно замолкали. Они испуганно прижимались к стенам, провожая меня настороженными взглядами. Наглые мажоры, которые ещё вчера не упустили бы шанса отпустить шуточку про «сорняк Репьёв», теперь демонстративно прятали глаза и спешили убраться с моего пути.