— Ну да, а что?
— Мне сорок пять, если ты не забыла. Если даже я рожу каким-то чудом, то сколько мне будет, когда ребенок вырастет? Я не хочу, чтоб на детской площадке ко мне обращались: «Бабушка».
— А сколько тебе будет? Шестьдесят пять? И что такого? — пожимает плечами Дашка. — Быть мамой — это же не про возраст. Вон, я читала, одна женщина родила в шестьдесят. И ничего, радуется.
— Ты бы ещё почитала, как некоторые богатые старушки и в семьдесят якобы рожают. Ладно, давай подойдем с другой стороны. У меня нет кандидатов на отцовство, — отрезаю я. — Зато наверняка есть проблемы со здоровьем.
Дашка смотрит на меня с хитрой ухмылкой, поднимает бровь и многозначительно качает головой.
— Ну, — тянет она. — Я бы поспорила насчет кандидатов.
Я чувствую, как щеки начинают предательски гореть. Потому что мы обе понимаем, о ком она.
Только вот будет очень неприлично пристать к едва знакомому мужчине с просьбой сделать мне ребенка.
Я ведь даже не знаю, женат он или нет.
Вообще ничего о нем не знаю...
Ясно одно — дети в пятьдесят ему явно не нужны.
— А что касается здоровья... — Даша дергает плечом. — Ты знаешь, я эту тему с тобой никогда не обсуждала и в душу лезть не собиралась. Но ты вообще сдавала анализы?
— Угу.
— И?
— Ничего не нашли.
— А ты не думаешь, что проблема изначально была в Михаиле?
Определенная правда в её словах есть. Мой муж особо заморачиваться с лечением не захотел и в дебри своего здоровья не полез. Врач предположил, что проблема может быть чисто мужская — но Миша вместо того, чтобы обследоваться, топнул ногой и сказал: «Исключено, я здоров».
Там и матушка его подключилась, зудела нам на ухо, что в их роду все плодовитые. В общем, дальше мы проверять муженька не стали.
Наверное, зря.
Да ну. Это мысль глупая. Неправильная. Её даже развивать не стоит. Чего уж тут гадать, кто виновник нашей бездетности.
В общем, даже смотреть в ту сторону не буду. Хватит. Своё я уже оплакала. Раньше очень переживала из-за нашей с Мишей ситуации. Мне казалось, что всё рухнуло. Да я и сейчас периодически ловлю себя на том, что стараюсь обходить стороной детские магазины.
Но... давайте будем честны. Каковы мои шансы выносить и родить ребенка в сорок пять лет?
Правильно, почти нулевые.
Поэтому — буду жить, как жила до этого. Без ложных надежд.
Ладно, пора признать: я нафантазировала себе лишнего.
С того нашего ужина минуло три дня, а реакции от Вадима никакой. Вообще. Ноль. Ни сообщений, ни звонков.
Даже если у него имелись на меня планы (что вряд ли), он решил не воплощать их в жизнь.
Ну и ладно. Я только-только познала свободу, зачем мне какие-то мужчины? У меня, можно сказать, вольготная жизнь началась. Без ежедневной глажки рубашек.