Я удерживала подбородком длинный бумажный пакет, пока искала ключ. Внутри лежали две еще теплые хрустящие слойки с начинкой. Продавщица уверяла, что сыр не вытечет. Сыр уже вытек, оставив на пакете прозрачный полумесяц.
Пятого мая наше последнее занятие отменили. Я написала Савве, что освобожусь раньше, но ответа не получила. Потом отвлеклась на витрину пекарни и решила, что зайти домой на полтора часа раньше не такое событие, которое нужно отдельно согласовывать. У нас был запланирован обычный вечер: еда, его выбор фильма, моя попытка досмотреть хотя бы половину.
Ключ повернулся легко. Я успела подумать, что снова забыла купить губку для посуды. В прихожей, поперек моей домашней обуви, стояли незнакомые белые босоножки. Одну развернуло каблуком к двери.
— Савва?
Он не ответил. Из комнаты донесся короткий смешок, потом скрип дивана. Я прошла еще два шага, держа пакет перед собой, словно собиралась предъявить его вместо себя.
Девушка сидела у Саввы на коленях. Его ладонь лежала у нее на затылке, она целовала его, и он не пытался отстраниться.
Пакет уперся мне в живот. Я опустила его и сказала:
— Я домой пришла.
Савва первым увидел меня. Ладонь с затылка девушки он убрал сразу. Она обернулась, на ее лице мелькнуло раздражение, сменившееся растерянностью. Взрослая, почти ровесница Саввы. Позже он назвал ее возраст: двадцать один. Сейчас я только заметила серебряную застежку у нее на запястье и след от нее на его щеке.
— Ты же до шести, — сказал он.
Эта фраза попала точнее, чем сам поцелуй. Выходило, что вечер испортила я, вернувшись раньше.
— Последнюю пару отменили.
Девушка поднялась. Савва машинально придержал ее за локоть. Я смотрела на его руку, на тонкую складку чужой блузки под пальцами. Он заметил, куда я смотрю, и отпустил.
— Давайте я уйду, — сказала она.
— Да, — ответила я.
Ни имени, ни объяснений мне не понадобилось. Она взяла с подоконника телефон и маленькую сумку, прошла мимо меня боком. Я отошла, освобождая узкий проход. Савва сделал движение к прихожей, потом остался на месте. Пока застегивались босоножки, мы молчали. Дверь тихо закрылась. Я все еще держала пакет с едой.
Я поставила еду на кухонный стол. Сыр прилип к бумаге. Савва пошел за мной.
— Злата, подожди. Давай без того, что ты сейчас себе надумала.
— Ты с ней встречаешься?
Он потер ладонью щеку. На ней еще оставался бледный отпечаток застежки.
— Мы общаемся.
— Ты ее целовал. Она сидела у тебя на коленях. Вы встречаетесь?
Он отвел взгляд к окну.
— Да. Недавно. Это не означает, что между нами с тобой все закончилось.