Не сопротивляться.

Главное — не сопротивляться.

Я выучила это не сразу. В первые годы я пыталась закрываться руками, объяснять, плакать, просить, говорить, что я ни в чем не виновата. Иногда пыталась встать. Иногда хваталась за его рукав.

Артемий ненавидел сопротивление. Оно давало ему повод доказать, что его власть настоящая. Что мое тело, эмоции, мысли — все принадлежит ему.

Поэтому теперь я лежала тихо.

Старалась, чтобы хрипы и стоны боли не вырывались.

Неожиданно меня пронзила острая боль. Прямо в боку.

Не кричать!

Он ударил меня ногой. Своим безумно дорогим ботинком, с очень толстой подошвой. Он так любит эти ботинки, намного больше чем меня!

Еще один удар ногой. Внутри все взорвалось, словно боль была живой, она пыталась захватить меня.

Тихий стон сорвался с моих губ.

Такую страшную боль я еще не чувствовала раньше.

Он наклонился, взял меня за волосы и заставил поднять лицо.

Три короткие удара кулаком в живот.

О, боже, как же больно. Боль взрывалась внутри меня яркими вспышками, расползалась по всему животу. Он знает, как причинить самую сильную боль. Натренировался за десять лет замужества.

Слезы потекли сами собой.

Я выдохнула и вдруг забыла, как дышать. Воздух совершенно не хотел проникать в мои легкие. Надо попытаться, надо дышать.

Как же это сложно. Раньше я умела дышать, а теперь нет.