Через полчаса Кира, переодетая в сухую домашнюю одежду, сидела на кухне. Лика насильно поила её горячим чаем с лимоном, расхаживая по комнате, словно тигрица в клетке.
— Значит, долю в бизнесе он захотел? И эту мразь офисную на подписание притащил? — Лика злобно прищурилась. — Ну, Олег... Ну, подонок. Ничего, Кир, мы им ушные раковины наизнанку вывернем через хороших юристов. Но это потом. Сейчас тебе нельзя здесь оставаться. Ты себя заживо похоронишь в этих четырёх стенах.
— Лика, мне нужно работать, — тихо отозвалась Кира, глядя в чашку. — Олег попытается урезать бюджеты, заблокировать мои подписи, переоформить контракты на подставные фирмы. Я знаю его методы. Если я сейчас опущу руки, компания уйдёт к ним с Алиной.
— Работать она собралась! — Лика всплеснула руками. — На тебе лица нет! Ты когда спала в последний раз нормально? В общем, так. Я предполагала, что всё будет паршиво. Поэтому сделала то, что должна была сделать любая уважающая себя лучшая подруга.
Лика с размаху положила на кухонный стол два ярких туристических ваучера и загранпаспорт Киры, который та когда-то оставила у неё после оформления шенгена.
— Что это? — Кира нахмурилась, вглядываясь в буквы.
— Это, дорогая моя, твоё спасение. Остров Маврикий. Индийский океан, белый песок, солнце и круглогодичное лето. Вылет сегодня ночью. Самолёт через четыре часа.
— Ты сумасшедшая? — Кира округлила глаза, даже слёзы мгновенно высохли от шока. — Какой Маврикий? У меня бракоразводный процесс! У меня завтра три созвона с ключевыми поставщиками! Я не могу просто взять и улететь на другой конец света!
— Можешь и улетишь, — отрезала Лика, направляясь в спальню Киры. Она достала из шкафа большой чемодан и с грохотом раскрыла его на кровати. — Поставщики подождут. Юристы подготовят документы без тебя, первая инстанция всё равно не завтра. Если ты останешься в этой сырости, ты сойдешь с ума. Тебе нужна перезагрузка. Смена картинки. Океан смывает весь негатив, поверь мне.
Лика начала стремительно бросать в чемодан летние платья, купальники и шорты Киры, которые та не доставала уже года два. Кира стояла в дверях спальни, чувствуя, как внутри борется привычная гиперответственность и дикое, отчаянное желание сбежать туда, где никто не знает её имени, где нет Олега, Алины и этой удушающей осенней боли.
— Хорошо... — сдалась Кира, выставив вперёд руки. — Хорошо, я полечу. Но при одном условии.
— Каком ещё условии? — Лика подозрительно прищурилась, удерживая в руках очередное яркое парео.
Кира развернулась, подошла к рабочему столу в гостиной и взяла в руки свой тяжёлый профессиональный ноутбук в защитном чехле. Рядом она прихватила блокнот, зарядные устройства и портативный роутер.