— Асада он. Сынок правой руки Гэнки Томиясу, — искоса наблюдая за выражением лица собеседника, словно между делом, уронил капитан. — Так что, не совсем и не наш.

— Ух ты! — ожидаемо и приятно впечатлился помощник. — Но на вид по нему не скажешь, что он — Асада.

— Приёмный потому что. Но — всё равно сын.

— Слушай, а чего он из воды тебе орал? А то я снизу не расслышал.

— Он на старую штуку попался, — дробно захихикал Ёсиока. — При промере температур мы на десять градусов температуру завысили. Вслух. Так-то, все свои и так понятно, что двадцати быть не может. А он с борта прыгнул — думал, купается.

Старики весело заржали. Казалось, их было слышно до самого горизонта.

— Нормально бдит и радеет, — между делом заметил помощник еще через четверть часа. — Как будто.

— Тс-с-с. Не говори вслух, — капитан просительно обернулся к товарищу. — Я и сам так подумал. Но молодой он, — уже неуверенно предположил владелец бизнеса. — Ему восемнадцать с чем-то по документам! Когда бы он успел⁈ Они что, с трех лет на севере?..

— Тс-с-с, — теперь товарища одернул уже подчиненный. — Я ничего и не утверждаю. Просто на первом выходе и с нашими обычно проблем хватает, — помощник имел в виду выходцев из более бедных семей и пригородов, коренных японцев. — А тут гайдзин — и хоть в пример инструкциям его ставь.

— Пацан ответственный, хотя и мыслит чуть иначе, — поделился не первым впечатлением Ёсиока. — Реально глаз не сводит: всё вниз таращится. Мне даже интересно, он так в монке все эти часы и просидит?

Как по команде, именно в этот момент младший Асада поднял руку и заорал во весь голос:

— Кэп! Прошу замену на поплавке! Разминка, до пяти минут! А то выйду из ресурса!

— Ныряй так, я отсюда пригляжу! — поощрительно отмахнулся из кресла капитан, после чего чуть свысока глянул на помощника. — Во-о-о-о-от.

А дальше они снова хохотнули во всю глотку.

— Кроме шуток. Хоть премию давай, — снова поудивлялся товарищ. — Прямо как… Хм. Занятно. Такая дисциплина и ответственность — нашим бабкам бы её. Глядишь, протянули бы лет на пятнадцать дольше.

— Наши за своё здоровье отвечают, а он — за чужое. Как раз всё понятно. С другой стороны, чей он сын, я тебе уже сказал, — пожал плечами Ёсиока. — Если тут себя плохо покажет, то уже о всей фамилии слух покатится. Оно им надо? Вот он и тянется.

Самое интересное, что сидящий без движения и внимательно наблюдающий за происходящим белобрысый пацан очень хорошо действовал и на работников. Дисциплинирующе.

Не было ни стихийных перерывов (когда три-пять человек, опершись из воды о борт резиновой лодки, болтают минут пятнадцать — якобы судорога); ни пересиживаний работников под водой. Из-за чего кислород в тканях расходуется неравномерно и начинается то самое голодание.