Игорь промолчал. Шагали вдоль дощатого забора, мимо пронесся пацан с проволочным крюком — перед ним по тропинке, подгоняемый хитроумным орудием, катился металлический обруч от бочки — звякал по камням, подпрыгивал.

— Смотри, забор своротишь! — пуганул пацана Вано.

Мальчишка лишь лихо свистнул и свернул во двор — обруч перед ним летел словно привязанный.

— Во, мотоциклистом вырастет, — хмыкнул начоперот. — А то и танкистом.

— Угу, или крючником-форточником, — буркнул Игорь.

— Вот зловредный ты. Это даже не от неверия в правильность советской власти, а от мещанской угрюмости, — возмутился Вано. — Все бурчишь, к собственному дому стесняешься подойти.

— Не стесняюсь. Просто это еще не мой дом. Мы туда через много десятилетий переехали.

— Все равно. Чего мы его непременно обходим? Нужно предрассудки преодолевать…

Во дворе, куда свернул будущий танкист, завопили, шпанисто заулюлюкали, потом отчетливо зазвенело — не иначе, стекло расколошматили.

— Да, сущие бронетехники-мотоциклисты, — хмыкнул Игорь.

Рынок был не то что большой, но шумел изрядно. Вроде и торговые ряды тщательно расчерчены, и «парковка» для подвод предусмотрена, а ржание, ругань, визг и мяв, как при замшелом царизме. Заготовители прошли в добротные ворота, украшенные призывом покупать колеса-спицы-ступицы непременно на складах ширпотреба Мослесснабсбыта, где «отпуск свободный, а цены по прейскуранту»«. Вано первым делом 'купил» газету.

— Я же говорил — июнь, тридцать первого…

Игорь махнул рукой, «говорил он», болтун завзятый…

Около заколоченной палатки акционерного общества «Розничник» торговали певчими птицами, рядом на земле была разложена удивительно разномастная коллекция замков, подальше какая-то дама агрессивно предлагала отшатывающимся прохожим «острейшую германскую» бритву. Все это были осколки успешно изживаемого старорежимного торга. На самом рынке покупателей ждали ряды подвод с колхозной продукцией, телеги были аккуратно выстроены, и, если не считать жуткой грязищи под ногами, на рынке царил прогресс и порядок. Кучка проходимцев и лохов, азартно режущаяся в «три листка», не в счет — то традиция…

Сходу взяли сметаны — Вано попробовал «с руки», одобрил.

— Крышка-то удобна, — восхитился сметаноторговец, наблюдая, как Игорь запечатывает банку пластиковой крышкой. — Тута, в Москве делают?

— Ой, я такую хочу! — оживилась его полнотелая спутница.

— Экспериментальная. Скоро через «Моссельпром» будут распространять, — пояснил Игорь, убирая банку.

Торговцы сметанным товаром отвлеклись на проходящего шарманщика и тут же забыли, и о покупателях и о продвинутых крышках…