Черная драконица снова взвыла. И голосила, несмотря на то что серая снова пару раз дернула ее за хвост и даже отвесила пощечину.

— У вас что-то стряслось? — попытался наладить общение с гигантскими рептилиями шаман. — Может, я могу помочь?

— А у тебя что, обет такой, дрррраконам помогать? — недоверчиво прошипела серая. — Этого кхалеку пррриютил, нассс рассспрашиваешшшь… Подозрррительно.

— Я помогу вам, вы поможете мне, все честно, — пожал плечами Михаэль. — Наш крылатый друг, которого мы называем Шариком, помогает нам охотиться и отгоняет врагов. Так что стряслось-то? Если скажешь мне, то ничего не потеряешь. А могу я, конечно, не все, но многое.

Черная, все еще подвывая, попыталась что-то произнести, но вновь сорвалась на отчаянный рев.

— Ссспасибо за ссслова. — Серой драконице оказалась не чужда вежливость. — Но помощщщь ты не окажешшшь. Не сможешшшь. Ррраз кхалека повррредился головой, он не откррроет нам дверрри ррродовой сокррровищщщницы.

— Золото, — сделал вывод шаман, видимо знающий из книг кое-что об особенностях летающих ящеров. — Вам нужно золото. Значит, одна из вас ждет ребенка. Что ж… у нас есть немного желтого металла. Не уверен, правда, что его хватит, я читал, нужны целые горы… Но если вы согласитесь, то можете сделать кладку в нашей сокровищнице.

— Ccccлишшшком поздно. — Черная драконица все же смогла справиться с собой и заговорила: — Яйцо ррразбито. Малышшш ррранен, он умирррает. Я надеяласссь, этот дррракон поможет нам, откррроет закрррома ррродовой пещщеррры, может, там мое дитя бы опррравилоссссь… но у него нет сссокровищщщ. А дррругого мы не уссспе-э-эм найти…

И сорвалась на плач, отмахнувшись крылом от попытавшейся побеспокоить ее снова сестры.

Шаман уселся на песок и немного подумал.

— Рассказывайте, — попросил он. — Но, если можно, кратко. Времени у вас мало. А я все же попытаюсь помочь. Одного дракона я уже лечил… может, и вам помогу. Да и насчет золота, кто знает, может, мне удастся вас удивить.

История сестер-дракониц с непроизносимыми нормальным горлом именами оказалась проста. Старшая из них, та, что обладала темным окрасом, забеременела и снесла яйцо. Отец ребенка был вожаком небольшой стаи, обитавшей в дальней части окаймлявших пустыню гор, и отпрысков, сделанных вне прайда, у него наверняка насчитывался не один десяток. Что, впрочем, по меркам гигантских ящеров было явлением вполне нормальным. Сестры жили относительно недалеко от того места, где находился зарождающийся Сумеречный лес. Логовом им служила укромная пещера, в которой на поверхность выходила золотая жила. Укромная. Но — недостаточно. Неизвестно из каких источников охотники на драконов, специализирующиеся на краже яиц разумных ящеров для нужд алхимиков, прознали о беременности старшей сестры, но они пришли в их общий дом. Правда, люди были недостаточно осторожны, дамы заметили компанию, состоявшую из нескольких авантюристов. И убили у входа в пещеру. Но один, то ли зная о слабостях крылатого племени, то ли просто обезумев от ужаса, кинулся в глубь логова. Страх придал ему силы, и прежде чем слегка растерявшиеся драконицы его сожгли, он успел забраться очень глубоко. И умудрился, спасая свою жизнь, изо всех сил пнуть яйцо. И расколол его. Молодого дракончика спасло то, что до его рождения оставалось не так уж долго. Считаные дни, скорее всего. Но, так или иначе, столь экстремальное рождение не могло пройти гладко. Мать, поспешившая прочь из пещеры с трупом покусившегося на ее потомство, чуяла сильный запах крови и слышала жалобный плач детеныша.