У народа сумеречных эльфов появилось первое кладбище. Одна из бывших то ли волшебниц, то ли жриц во время повторного овладения магией создала очень концентрированную, выполненную на высшем уровне сферу кислоты. И так удивилась, что уронила заклятие себе под ноги. Едкая жидкость забрызгала неудачницу и стоявшего в десятке шагов от нее чародея, рефлекторно прикрывшего лицо руками. Тело-то было защищено одеждой, на разъедание которой требовалось время. Он едва не лишился рук, на которых совокупными усилиями Михаэля, Кайланы и Насти сохранили мясо. Саму виновницу наказывать не стали. Ибо сложно это проделать с полурастворившимся трупом, плавающим в луже едкой дряни. Похороны прошли мрачно, но торжественно, а на могилке девушки шаман с подачи Келеэля посадил семя меллорна из внушительного запаса, который имелся у архимага. Не то чтобы в этом была такая уж нужда, тем более обычными темпами дерево должно было расти до зрелости несколько столетий, но древнего волшебника грела сама мысль о том, что кости слуги Ллос, пусть и бывшей, будут оплетать корни священного древа светлых эльфов.

Еще немного углубился огромный котлован, где без устали работали мертвецы под руководством Асазора и гномов. Как с удивлением узнал Келеэль, шаман собирался устроить на месте громадной ямы рукотворное озеро. Ну или пруд. Подгорные жители стенали на тупую и богопротивную нежить, невыносимые погодные условия, чрезмерную придирчивость заказчиков, малую плату, некачественные материалы и плохие инструменты… но переводиться со строительных работ, к примеру, в дружину, патрулирующую долину и периодически навещавшую то одно, то другое стойбище кочевников на предмет изъятия свежего продовольствия, почему-то не спешили.

Армия зарождающегося Сумеречного леса, насколько мог судить архимаг по разработанной дуэтом Азриэля и шамана в порядке то ли энтузиазма, то ли маразма брошюре, ставила во главу угла возможность уничтожить почти любого противника, не вступая в ближний бой. Да и того должна была атаковать только в оптимальных для себя условиях. Читавшие ее бывшие дроу, для которых и было создано пособие, дружно чесали затылки в поисках отсутствующего боевого опыта, но особых ляпов в ней не находили. То ли здравым смыслом, а то ли интеллектом они понимали необходимость воздерживаться, по возможности, от столь любимой короткоживущими расами честной сшибки грудь в грудь. Желание минимизировать потери в принципе было вполне ожидаемой идеей как для отдельных индивидов, которым в будущем предстояло рисковать своей шеей, так и для долгоживущей и медленно размножающейся расы в целом. Любой.