«Чума?» — мысленно спросил я, одновременно вслух отвечая Зиверсу.

— Откуда у вас такие данные?

«Нет, — ответила Гайя, — чума — это прямое следствие нарушения городской экологии. Когда некоторым садистам вдруг пришла в голову мысль избавиться от кошек, которых я старательно внедряла в человеческую популяцию со времён Кемета, как раз из гигиенических соображений. А вот холера — это да, их изобретение. Так и грипп».

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Ниоткуда, — улыбнулся нацист, — просто предположение.

— Что ж, — кивнул я, — вы не угадали. Меня интересуют хранилища проекта Иггдрасиль.

Зиверс (или, точнее, эгрегор), видимо, сильно удивился. Ответил он не сразу.

— Ваш уровень доступа впечатляет, — констатировал он, — что ж. Пройдёмте со мной.

Под особняком было подземелье. По оценке Гайи уровней десять — пятнадцать. К сожалению, совершенно недоступные для мицелия из-за специальных защитных материалов, применённых при строительстве.

Сначала мы спустились на лифте, очень похожем на современные. Те же стены из нержавейки. Ниже кнопок — бренд фирмы «Крупп». Разве что освещение было не таким ярким из-за ламп накаливания.

Потом мы долго шли полутёмным коридором. Если возле лифта охранники ещё попадались, то в глубине подземелья было совершенно безлюдно.

Наконец, за массивными бронированными дверями, которые открылись с натужным электрическим гулом, обнаружился зал, уставленный металлическими стеллажами. Далеко на верху светились тусклые электрические плафоны.

— То, что вам нужно, находится в ряду номер двенадцать, — сказал нацист, — стеллажи, обозначенные рунами «Одал» и «Альгиз».

Я молча кивнул в ответ, и направился вглубь помещения, выискивая глазами двенадцатый ряд. С рунами было сложнее — я их просто не знал. А Гайи или Таис не было рядом, чтобы подсказать.

И всё-таки я довольно быстро нашёл то, что мне было нужно.

Сначала мне попалась статуя. Грубо вытесанный женский торс из песчаника, покрытый незнакомыми мне знаками. Тюрвинг — точнее, его рукоятка — торчала прямо из центра его груди.

Я подошёл ближе. Обернулся, чтобы сказать Каю о находке. И в метре от себя обнаружил Зиверса. Он глядел мне в глаза, странно улыбаясь. Не меняя выражение лица, он достал из кобуры пистолет и упёр его ствол мне в грудь. Я поднял руки над головой.

— Что происходит? Вы ответите за самоуправство! — сказал я, стараясь выдерживать нужный тон — не слишком уверенный и не слишком испуганный.

Кай достал марсианский боевой нож, который замер в миллиметре от шеи нациста.