Итан повернул голову и, приподняв мою за подбородок, нежно поцеловал в губы.
– Я поеду. Доброй ночи, Райли.
– Ты не останешься? – едва задав этот вопрос, я хотела треснуть себя по губам. Он был настолько… жалким, что я почувствовала себя униженной.
– Нет. Выспись хорошенько.
Еще раз коснувшись моих губ своими, Итан переложил меня на подушку и, сев, перебрался в кресло. Бросив футболку себе на колени, отправился к двери, у которой тормознул на мгновение.
– Доброй ночи, – сказал, обернувшись и посмотрев на меня. Я тут же натянула на себя одеяло.
– Доброй ночи, – ответила тихо.
Итан еще секунду смотрел на меня, а потом развернулся и выехал из комнаты, прикрыв за собой дверь.
Он снова начал избегать меня. Целый день прятался в своем кабинете. Просил принести туда завтрак и обед. На меня почти не смотрел, бросал только мимолетные взгляды. А мне хотелось кричать, рычать и плакать. А еще тереться о него, как кошка. Потому что Итан пробудил то, что я уже спрятала, не надеясь в скорости достать из глубин – свою чувственность.
Выпустив собак погулять, я расчистила дорожки от снега. Не потому что в этом действительно была необходимость, а потому что мне нужно было чем-то занять себя, чтобы не сойти с ума от мыслей.
В тот день я не бесилась с собаками, как обычно, во время прогулки. Немного побросала в них снегом, чтобы отстали от меня, и занялась делом.
А вечером… Вечером Итан сам приехал ко мне в спальню. Вопреки своей привычке, не постучал, а просто толкнул дверь, заехал в комнату и закрыл за собой, чтобы не впускать любопытных собак.
Я села на кровати и смотрела, как он приближается. В глазах Итана снова горел тот же пожар, что и накануне вечером.
– Подвинься, – скомандовал он, подъехав к кровати.
Я молча отодвинулась на другую сторону, а он, сбросив футболку, пересел на кровать, потом лег рядом. Я боялась пошевелиться, не понимая, как себя вести. Мне хотелось прогнать его и заставить перестать играть со мной, но в то же время хотелось уговорить его остаться.
Повернувшись боком, Итан приподнялся на локте и провел ладонью по моей щеке.
– Как прошел день? – спросил он, как будто мы не жили в одном доме, и он не знал, чем я занималась.
– Я тебя не понимаю, – качнула головой.
– Я сам себя плохо понимаю, – выдохнул он и накрыл мои губы своими.
Из-за замешательства и растерянности я не сразу ответила на поцелуй.
– Райли, – шепнул он в мои губы и снова поцеловал, на этот раз настойчивее.
А я… я слабачка, которая отбросила все обиды и недопонимания, и приоткрыла рот, чтобы впустить настойчивый, упругий язык Итана. А дальше я просто отключила голову и отдалась чувствам.