Итан
Райли мыла мое кресло, пока я, лежа на кровати, читал новости. Мы не обсуждали произошедшее на ее дне рождения, и я был рад, что она, похоже, не придала значения тому, как я удалился из столовой. Хотя, надо сказать, я испытывал некоторое чувство вины за то, что своим поведением мог испортить ей праздник. Но уже на следующий день мисс Гамильтон носилась по дому и вела себя так, словно ничего не случилось. Может, у нее была избирательная память?
– Я могла бы сделать тебе массаж, – сказала Райли, выкатывая кресло из ванной комнаты. Я не понимал, зачем его нужно мыть, но она настояла. Можно было бы предположить у нее ОКР, но не мне было ставить диагнозы, со своими бы разобраться.
– Мгм, – ответил я, не отрываясь от планшета.
– Это согласие?
– Нет.
– Слушай, ты все равно ничего не почувствуешь. – Я резко опустил планшет и метнул в нее яростный взгляд. Охренеть, так мне еще не напоминали, что я теперь инвалид! Райли запнулась. – В смысле, я бы размяла твои квадрицепсы, а ты продолжил бы читать что ты там читаешь. По крайней мере, я смогу похвалить себя за то, что выполняю не только обязанности экономки, но и свои непосредственные.
– Ладно, – немного смягчившись, ответил я и снова уткнулся взглядом в планшет.
Оставив кресло возле кровати, Райли подошла ближе и откинула плед, которым были укрыты мои ноги.
– Штаны надо снять, – бубнила она, стягивая их по моим ногам.
Я старался делать вид, что мне плевать, что она видит меня в одних боксерах, но по какой-то причине это было не так. Впервые в жизни мне хотелось, чтобы женщина не видела меня в одном белье.
Райли взяла с прикроватной тумбочки бутылку с массажным маслом, которое я использовал перед сном, чтобы самостоятельно размять мышцы, и налила его на руки. Слегка приподняв планшет, я наблюдал за тем, как блестящие пальцы скользили по моим ногам. Мы очень сильно контрастировали друг с другом. Ее кожа была светлой, практически белоснежной, а моя – смуглой. Я, как завороженный, засматривался на то, как она впивалась пальцами в мои ноги, как поворачивала изящные кисти, чтобы сменить угол воздействия.
Черт подери, как же сильно я хотел почувствовать все это!
С каждым ее движением это желание усиливалось, принося с собой тахикардию и ярость. На свое бессилие и страх, на нежелание попробовать.
– Все! Остановись! – резко велел я, отложив планшет. – Хватит, Райли!
– Что такое? Я что-то сделала не так? – она непонимающе хлопала глазами.
– Откуда я могу знать, сделала ли ты что-то не так? Я же не чувствую, помнишь?! – снова набросил на себя плед, прячась от ее взгляда. – Иди, я буду спать.