— Да пустое. — Тетка сухо усмехнулась. — Вам, телесным, ума откуда взять? Гневаться не буду.
Расселись. Андрей оказался напротив Маруси-Марии. Еще ничего, к роковым бабам вроде попривык. Хуже, если бы Темный напротив сидел. На этого вообще не взглянешь. Вроде вообще не человек: еще помолодел, на голове цилиндр неприятно новый красуется…
Кожаная Маруся подмигнула, манерно отставив мизинец, пригубила густой жижи из хрупкой чашки.
Сан Саныч кашлянул:
— Предлагаю приступить. Ситуация всем известна. Серьезные основания выступить общим фронтом понятны…
— Не фронтом, — брезгливо поправила Феодосия Прокопьевна. — Ратные словеса себе приберегите. Не сильно-то давеча пули да ружья помогли, а? Обществом мы выступаем. Соединым…
Темный кивнул.
Тетка без особого пиетета ткнула острым пальцем в его сторону:
— Вот, Холодные сами пожаловали. Так и должно — после смерти мало кто глупеет. Не ушли, так помогайте, и да зачтется вам. — Она резко перекрестилась двумя перстами. — Что там с общим планом удумали?
Общего плана пока не было. Мешало отсутствие противника. Версия об инопланетном вмешательстве, за которую цеплялись до последней возможности, окончательно исчерпала себя. Научный штаб работал вовсю, но ведь господа ученые и в павших «Кальках» истово старались…
Андрей слушал предложения, передавал соображения «целлулоидных». Было понятно, что решить прямо сейчас ничего не удастся. Требовались еще встречи, плотная координация действий. С зарубежьем настоящего контакта еще не было. На обращение оперативно ответил лишь дальний Запад: там мощное сообщество «целлулоидных», полностью сросшееся с «цифровыми», внутренних разногласий не испытывало. Правда, и конкретного плана действий пока не могло предложить. Посмотрели краткое официальное обращение. Феодосия Прокопьевна стойко вытерпела зрелище плюющегося и трудно выговаривающего слова полурисованного утконосого существа и перекрестилась, лишь когда экран ноутбука погас.
— Бог нам простит. С лица воду не пить.
Пришел еще и ответ с Востока. Представитель — существо не совсем ясного пола, с выбритыми висками, намеком на усы и женскими нарисованными глазами, говорило крайне вежливо, но, если судить по переводу, ничего толкового не сказало. Похоже, там еще не пришли к единой точке зрения.
— Восток — дело тонкое, — заметил Сан Саныч. — Но созреют. По остальным каналам пока ничего нет. Пока сами поработаем…
Феодосия Прокопьевна торопила — пребывание вдали от Лаврушинского переулка даме давалось весьма нелегко. И Темный, сейчас видящийся отчего-то в форме офицера торгового флота, качал головой с расслабленным серым ртом — ему тоже было пора уходить. Поставили подписи, спешно оговорили условия новой встречи, и часть делегатов исчезла. Маруся, которая, по-видимому, чувствовала себя неплохо в любом месте, договаривалась с Сан Санычем о создании первой контрразведывательной группы. Это уже был разговор для узкого круга. Андрей с Новиком вышли к реке. Стемнело, прожектора подсвечивали юбку гиганту-императору. По реке проплыл прогулочный теплоходик «Амели» — с него громко орала музыка.