Сказала и сама удивилась, как спокойно у меня это вышло. Наверное, потому что рядом был человек, который не лез с сочувствием. А жалость я сейчас точно не вынесла бы.
Алексис взял телефон, набрал номер и перешёл на греческий. Голос у него сразу стал другим. Ещё холоднее. Без единней лишней интонации. Несколько коротких фраз. Пауза. Ещё фраза. Потом он отключился.
— Что вы сделали? — спросила я.
— Начал искать того, кто прислал фото.
— Так быстро?
— В моём положении медленно разбираться вредно.
— А какое у вас положение?
— Такое, в котором люди иногда забывают границы.
— И заказывают женщин?
Он посмотрел на меня так, что мне самой стало неловко за свою прямоту. Не потому, что я сказала что-то не так. Просто в его лице на секунду мелькнуло раздражение, направленное не на меня.
— Я не вас заказывал, Вера.
— Но кого-то всё же заказывали.
— Заказывал.
— И вы не скажете кого.
— Нет.
— Удобно.
Он подошёл ближе и опёрся ладонью о спинку кресла.
— Вам угрожает бывший. Мне устроили грязную подставу. Пока я не пойму, что происходит, вы никуда одна не поедете.
— Это вы так заботу изображаете?
— Это я так контролирую ситуацию.
— А если я не хочу, чтобы мной управляли?
— Тогда у нас с вами будут тяжёлые дни.
Он произнёс это ровно, без намёка на улыбку. А я вдруг поняла, что не сомневаюсь ни в одном его слове. Этот мужчина и правда умел делать людям тяжёлые дни.
Телефон в его руке коротко вибрировал. Алексис посмотрел на экран, и лицо у него стало совсем жёстким.
— Что? — спросила я.
Он молча развернул ко мне телефон.
На экране было фото. Моего чемодана. Того самого, тёмно-синего, с жёлтой ленточкой на ручке. И подпись под ним по-русски:
Товар доставлен?
У меня внутри всё оборвалось.
— Господи…
— Нет, — сказал Алексис. — Это не господи. Это очень конкретный человек. И я уже хочу с ним поговорить.
Я подняла голову.
— Это Илья?
— Номер зарегистрирован не в России.
— Кошмар, — ответила я хрипло. — У Ильи родственники из стран ближнего зарубежья.
Алексис убрал телефон в карман.
— Ладно, пока вы остаетесь здесь.
— А меня кто-нибудь спросит?
— Уже спросили. Вы отказались отвечать.
— Я не отказывалась. Я просто не привыкла верить тем, кто смотрит на меня как на бракованную поставку.
Он сделал паузу.
— Я смотрел на вас как на проблему. Это было честно. Сейчас я смотрю на вас как на свидетеля.
— Великолепный карьерный рост.
И тут он впервые усмехнулся. Очень коротко. Почти незаметно. Но я всё равно увидела.
И это почему-то сбило меня сильнее, чем его жёсткость.
Глава 4
Утром я проснулась не от будильника и не от солнца. Меня разбудило чувство, что я опять живу в чужом сюжете и сейчас с потолка на меня упадёт ещё какая-нибудь новость.