— Это верно.
Я повернулась.
Алексис был в светлой рубашке, без пиджака, с чуть растрёпанными волосами, будто ехал с открытым окном. И выглядел так, будто ему вообще нельзя вот так просто появляться в поле зрения женщин, которые и без того держатся на честном слове.
— Вы всегда такой довольный, когда правы? — спросила я.
— Нет. Только рядом с вами.
— Самовлюблённо.
— Честно.
Он сел рядом, не слишком близко. Но даже это расстояние уже ощущалось как насмешка.
— Как прошёл день? — спросила я, лишь бы не молчать.
— Нормально. А ваш?
— Я успела поесть, позлиться и мысленно послать вас несколько раз.
— Значит, всё по плану.
Я фыркнула. Потом посмотрела на него внимательнее.
— Что-то случилось?
Он на секунду отвёл взгляд.
— Нашли Ники.
У меня всё внутри собралось.
— Жива?
— Да.
— Слава богу. И где она?
— У подруги на острове. Испугалась меня и решила исчезнуть сама.
— То есть…
— То есть вас действительно использовали.
— А она почему сбежала?
— Не хотела телом расплачиваться. А её брат, наоборот, мечтал только об этом. В итоге она исчезла ото всех сразу.
Я покачала головой.
— Какая дикая каша.
— Да.
— А мой бывший?
— С ним поговорили и припугнули. Больше он к вам не полезет.
— Это вы сейчас обещаете или предупреждаете?
Он посмотрел на меня прямо.
— И то и другое.
Я помолчала. Потом неожиданно для себя самой спросила:
— Значит, всё заканчивается?
— В каком смысле?
— В прямом. Меня перепутали. Вас подставили. Девушку нашли. Скоро я смогу вернуться в свой отель, доесть отпуск, поплавать, полежать, сделать вид, что это был просто дурной сон.
Он ничего не ответил.
И это молчание мне уже не понравилось.
— Алексис.
— Да.
— Не молчите так. Меня это нервирует.
— Почему?
— Потому что я и без вас знаю, что всё не так просто.
Он провёл ладонью по затылку и вдруг сказал то, к чему я вообще не была готова:
— Я не хочу, чтобы вы уезжали.
Я замерла.
Сад, море, каменная скамья — всё куда-то отодвинулось. Остался только этот мужчина рядом и его голос, который почему-то прозвучал намного тише, чем обычно.
— Это плохая идея, — выговорила я.
— Возможно.
— Очень плохая.
— Да.
— И всё равно вы её озвучили.
— Потому что устал молчать.
Я смотрела на него и не понимала, что меня трогает сильнее: сама фраза или то, как он её сказал. Без красивой позы. Без намёка на игру. Просто как человек, которому уже надоело делать вид, будто он справляется.
— Алексис…
— Не надо сейчас объяснять, почему это неправильно. Я сам знаю.
— Тогда что вы хотите от меня услышать?
Он повернулся ко мне всем корпусом. Взял мою руку. Спокойно. Крепко. Как будто ему важно было не только сказать, но и удержать.