— Подарок от заведения дорогому гостю, — прощебетала девушка.

Что-то то самое детское и глупое в душе потребовало отказаться от полезнейшего предусмотрительного дара, но взрослый человек во мне победил, шикнул на малыша-гордеца и коротко поблагодарил. Стоило прикрыть глаза темными линзами, и они тут же испытали нешуточное облегчение. Еще через несколько секунд исчезли вернувшиеся было отголоски головной боли. Похоже, яркость освещения и головная боль связаны напрямую.

— Спасибо, — повторил я. — Вы не были обязаны.

— Вам спасибо, — улыбнулась девушка, и на этот раз ее улыбка показалась мне искренней. Продолжая улыбаться, она указала глазами на поднос. — Возможно, вам это покажется интересным, мистер Градский.

На подносе лежал одинокий листок бумаги с несколькими строчками, написанными от руки каллиграфическим красивейшим почерком. Пробежав глазами по тексту, я кивнул и забрал листок.

— Пригодится.

— Им можно звонить или писать в любое время. Они бизнесмены.

— Так и сделаю, — кивнул я, осторожно обходя девушку.

Мягким движением она взяла меня за локоть и чуть надавила, останавливая:

— Быть может, вам лучше отдохнуть, мистер Градский? По соседству прекрасный тихий ЖилМод. Мастер Пэн гарантирует полную безопасность.

— Я выгляжу настолько плохо? — вздохнул я, чуть опуская очки и глядя на девушку поверх них.

Она легко выдержала мой наверняка жутковатый взгляд и мягко кивнула:

— Да, мистер Градский. Вы выглядите просто ужасно.

— Хорошо, — сдался я. — Буду благодарен за место, где я смогу отлежаться.

— Я провожу…

Накатившая слабость ударила в первую очередь по ногам, и я невольно облокотился на плечо хрупкой девушки. Плечо оказалось округлым, тонким, но при этом стальным, если верить ощущениям моей ладони. С таким же успехом я мог облокотиться о стальную трубу. А она, похоже, даже не заметила моей немалой тяжести, легко выдержав нагрузку.

— Вот же черт… — пробормотал я, сгорая от стыда. — Прошу прощения…

— Все в порядке, — отозвалась она, кивая еще одной заторопившейся к нам девушке в платье синего цвета. — Все хорошо, мистер Градский…

Надо отдать мне честь — я не вырубился. Сумел как-то выкарабкаться из темной ямы забвения, что уже смыкалась над головой. Преодолел слабость, выпрямился поровней, относительно неплохо преодолел расстояние до действительно оказавшегося совсем рядом жилого модуля, предупредил Лео о своих чуть изменившихся планах и, упав на односпальную кровать у стены, задремал. Не отрубился, не заснул, а именно что задремал вполглаза. Вибрировал браском, получая все новые сообщения, с экрана на стене лилась печальная струнная мелодия, пахло крепко заваренным чаем, а моего лица касались легкие струи прохладного воздуха, исходящего от замаскированной под распахнутое окно вентиляционной системы. Настоящий рай — в таком грех не подремать.