Дем Михайлов
Пылающие Дюзы
Книга третья
Исправленная версия
0
Космос не прощает снисходительной небрежности и излишней самоуверенности.
Космос не прощает глупой рискованности и ничем не обоснованной самонадеянности.
Космос не прощает дураков.
Да, космос может простить, если ты рискуешь лишь собственной жизнью, ну, может, еще жизнями пары уверенных в себе и немало поживших соратников.
В этом случае космос может отнестись снисходительно даже к самой безумной авантюре, хотя два эти слова — «космос» и «авантюра» несовместимы.
Но космос никогда не простит тех, кто вздумал бездумно рисковать многими чужими жизнями.
И неважна причина такого риска — ведь благими намерениями вымощена дорога в ад…
1
На момент выхода на нашу крейсерскую скорость до пункта назначения Мэйн-1 оставалось шесть дней и шестнадцать часов. Разгон прошел успешно как для корабля, так и для тех, кого на борту старого рудовоза просто не должно было быть — для трехсот пятидесяти пассажиров, набившихся в переоборудованный трюм.
Успех не вскружил мне голову.
Следующие сутки я почти не спал, продолжая делать все, чтобы бортовые системы поддержания жизнедеятельности продолжали работать в штатном режиме. Несколько крупных искристых замыканий, небольшой, но очень пугающий пожар, отказавший модуль жизнеобеспечения, спятивший ремонтный дрон, пяток протекающих труб и две крупные утечки… Мы справились со всем этим и еще с целым списком мелких проблем в рекордные сроки.
И количество возникающих проблем пошло на спад…
Вот тут я позволил себе налить стаканчик ликера Торус-Экстра.
Налить налил, а вот выпить в тот чертов черный день — первый из адской недели — не успел.
И ведь не выпил по смешной причине — я постеснялся запаха алкоголя изо рта. Смешно, действительно смешно, но я не выпил из нежелания показаться тем, кто пьет на работе. И это при том, что все пассажиры то и дело видели, как я мечусь из одного конца километрового корабля в другой, каждый раз что-то перенося, налаживая, втыкая или, наоборот, выдирая… После почти суточной вахты у меня была уважительная причина выпить стопку ликера. И никто бы не осудил. Но я не выпил. Хотя старый стаканчик уже был у самого рта… Но тут пискнул зуммер, и будничный голос Вафамыча спросил через интерком:
— Тим… к-хм… то есть… капитан Градский… уже покинули мостик?
По этим словам стало ясно, что рядом с ним есть кто-то из пассажиров. А по спокойному голосу было понятно, что ничего серьезного не случилось — о как же я ошибался! И не только я… Но в тот момент я ни о чем не подозревал. Поэтому я отставил стаканчик, щелкнул по экрану и ответил: