Я опешил.

— Нет, но…

— Он такого не говорил. Он только сказал, что это Ключ от Колесницы Надзирателей. Один Предвечный Нук знает, сколько Колесниц всего, и Ключей должно быть столько же.

— Ты только что не верил в Нука, — заметил я, чтобы скрыть замешательство.

— Почему же… Я охотно верю в него, когда мне удобно.

Нет, всё-таки в сообразительности керберам не откажешь, не зря они такие головастые. И если б их мысли не вращались постоянно вокруг жратвы наподобие водоворота, из них вышел бы толк.

— Тогда мне тем более нужно увидеться с Имхотепом, — сказал я.

— Хорошо, — согласился Тотигай. — Но я на ферме не останусь. Бобел тоже не захочет оставаться, не надейся. Смотри, он уже собирается.

Действительно, Бобел вытащил на улицу наши рюкзаки. Таким образом, вопрос «когда выступать» был уже решён им в одностороннем порядке.

— Мы знаем, что нашествия яйцеголовых на Старую территорию не будет, — сказал Тотигай. — Они отдохнут после штурма Харчевни, унюхают Книгу и направятся туда, где ты её спрятал. Пусть Хак ставит на уши фермеров — учебная тревога им не повредит. Но Лику нам охранять нет смысла.

— Но Имхотеп тоже послал гонцов. Зачем бы он стал суетиться? — Мне хотелось подыскать возражения посерьёзнее, но их не нашлось.

— Наверно, он думает так же, как и я, — ответил Тотигай. — Больших набегов не было давно, и все расслабились. А не надо.

Мы пошли к крыльцу. Лика поднялась навстречу. Она уже всё поняла, однако спросила:

— Вам нужно идти, да?

— Как видишь. Не думай, что мы тебя бросаем. Яйцеголовые не придут сюда.

— Почему? Ты что-то знаешь?

— Долго рассказывать. Но они не придут. И если Хак опять предложит сделать тебе зачёт за провизию, ты не отказывайся.

Лика посмотрела на меня, но не стала расспрашивать дальше, решив быть практичной:

— Там ещё полно лосятины, Хаку я отдала не всё. Она не дозрела, ну да ладно.

— Оставь… Оставь себе. Когда Хак всех объедет и вернётся, он здорово проголодается.

— А ты вернёшься, Элф?

— Конечно. И платья принесу, как обещал.

Бобел сходил в дом, вышел и оглядел двор, проверяя, не забываем ли мы чего. Тотигай перепрыгнул через бревенчатую стенку на выгон и затрусил к воротам на противоположной стороне. Лика подошла совсем близко, и теперь стояла запрокинув голову, глядя мне в глаза.

— А ты когда-нибудь вернёшься для того, чтобы остаться? — спросила она.

В другое время я бы опять смутился, однако сейчас мы уходили, и чёрт его знает, что ждало нас впереди. Поэтому я просто ответил:

— Не знаю. Но я точно вернусь. Быть может, я потом снова уйду и захочу забрать тебя с собой.