В общем, объяснять долго не пришлось, просто изобразил резец на земле палочкой, потом выточил из какой-то щепки макет и на этом успокоился. Вроде бы поняла, что именно мне нужно, и очень надеюсь, что скоро сделает всё в лучшем виде.

Подмастерье торопливо отложил напильник и занял место у ручки, а пацаненок слез с насиженного места, вытер ладони о траву и побежал, даже не оглянувшись. Видимо, дядя Больд для него куда интереснее воздуходувки, и в этом я его прекрасно понимаю.

Пока Дагна разбиралась с горном, я огляделся по сторонам и отметил, что инструмента у нее стало заметно больше с тех пор, как я заглядывал в последний раз. На крюках под навесом висели молотки разного калибра и несколько напильников с самодельными рукоятками, а на отдельной жерди развешаны щипцы такой разнообразной формы, что хватило бы на небольшую выставку.

Всё выковано здесь же, все подогнано под свою руку, и в этом тоже читается Основа, потому что без нее Дагна давно бы свалилась от усталости при таких объемах работы. Темп она держит такой, что за ней не каждый мужик угонится, и если бы не поддержка рунами в горне, кузня бы работала вдвое медленнее, а сама кузнечиха спала бы вдвое больше. Все-таки с насыщенными Основой материалами работать одно удовольствие, они всегда ведут себя куда послушнее.

Сверили напоследок размеры, я убедился, что все детали учтены, что лезвия будут нужной ширины и с правильным углом, и на этом попрощался. Дагна уже не слушала, перехватила щипцы и потянулась к горну за свежей заготовкой, а подмастерье у воздуходувки закрутил ручку так, что крыльчатка взвыла.

Пошел обратно в деревню, теперь уже к Ольду. Ему закажу деревянные корпуса для рубанков, там работы не так много, выдолбить паз под лезвие и подогнать подошву, Ольд такое сделает за пару часов. Потом останется только вставить лезвия, собрать спаренную конструкцию и тащить все это к Хоргу на стену. Но направляющие — это лишь часть задачи, тогда как остальное делать мне самому.

Что именно остальное? Ну так колеса. И тут возникает извечный вопрос, что было первым, курица или яйцо. Но я на этот вопрос могу ответить по-своему, и ответ мой прост. Сначала появился токарный станок, а остальное уже не так важно.

У Ольда в мастерской все так же творилось что-то невообразимое. Я к подобному за последнее время вроде бы привык, но каждый раз, заглядывая к плотнику, нахожу там все больше народу и все меньше свободного пространства.

Сейчас здесь трудились человек двенадцать, не считая самого Ольда, который метался от верстака к верстаку, размахивая рубанком и периодически рявкая на кого-нибудь, кто держал заготовку не под тем углом или строгал не в ту сторону.